Они работают в горах и спасают животных: 3 истории хранителей барса

29 October 2019
401 full read
3 min.
910 story viewsUnique page visitors
401 read the story to the endThat's 44% of the total page views
3 minutes — average reading time

© Сергей Спицын, WWF России
© Сергей Спицын, WWF России

Чем-то эти люди похожи на барсов: лазают по горам, скрытные по характеру, но такие же отважные и добрые. Они изучают и охраняют животных, рискуя жизнью. Мы называем их хранителями барса. WWF России узнал, почему эти люди посвятили жизнь сохранению животных.

Алексей Кужляков

Научный сотрудник нацпарка «Сайлюгемский», эксперт WWF России, участник экспедиций по мониторингу барсов, специалист по их изучению и охране.

Хранитель родился в алтайском селе Чепош в долине реки Катунь. Отучился на охотоведа в Иркутске, и научный руководитель порекомендовал ему заниматься архарами — это вид горных баранов. А они с барсами формируют общую экосистему. Так судьба подтолкнула к барсам, а потом Алексея потянуло в горы.

Теперь это важная часть жизни — лазать по горам, расставлять и проверять фотоловушки, следить за сохранением снежного барса. По образу жизни Алексей даже сравнивает себя с ирбисом: любит постоянно ходить и двигаться. Он даже родился в год тигра, так что тоже из кошачьих.

Любить снежных барсов – это одно, а лазать по горам – совсем другое. Но для меня это уже как спорт, ощущаю азарт. © Алексей Кужляков

Однажды зимой Алексей вышел на следы ирбисихи с котятами. Увидеть снежного барса своими глазами — это большая удача, ведь животное редкое и скрывается от людей. Хранитель пошел следом в надежде посмотреть хотя бы издалека, а в лучшем случае — сделать фото. Но ирбисиху провести не получилось: как бы тихо Алексей ни шел, она водила его кругами — отвлекала от котят. Расщелина с котятами оказалась недалеко, но хранитель задумался, стоит ли тревожить малышей — вдруг они испугаются. Он ушел, но обернувшись, заметил в горах лапы и хвост.

Хранители работают не чтобы увидеть снежного барса, а просто чтобы ему помочь. © Алексей Кужляков

Алексей рассказывает, что в одиночку ходить в места обитания барсов не боится. Потому что ирбис – добродушный зверь: он прячется и наблюдает, но не нападает.

Гордость, когда твой подопечный жив. Устанавливаешь фотоловушки, а потом приходишь их проверять — каждый раз волнительно. Особенно радуюсь, когда появляется потомство: значит, все хорошо, численность популяции растет. © Алексей Кужляков

Алексей рассказывает и показывает, чем он занимается:

Сергей Спицын

Старший научный сотрудник Алтайского заповедника, один из самых опытных исследователей снежного барса.

Сергей работал лесником патрульной группы в Алтайском заповеднике, потом стал начальником охраны. А когда WWF начал работать над проектами на Алтае, хранителю пригодился диплом по архарам. Сергея взяли в группу по горным баранам, но вскоре предложили заниматься снежными барсами.

Нашей команде предложили заниматься еще и снежными барсами. Вид непростой в изучении, даже таинственный, но интересный — и я согласился. © Сергей Спицын

В 2010 году команда Сергея устанавливала камеры в Аргуте, но снимков барса не было совсем. Ребята не сдавались и продолжали организовывать антибраконьерские рейды, снимать петли, общаться с местным населением о сохранении животных. В итоге в 2012 году фотоловушки зафиксировали трех барсов, а в 2015 их стало 18.

Самое приятное в работе — при проверке фотоловушек видеть фото барсов, особенно старичков (знакомых животных) и молодняк. Значит, первым удалось прожить еще год. А появление вторых — хороший признак. Значит, численность популяции восстанавливается. А самое сложное — когда в местах обитания барса встречаешь петли и капканы. Особенно, если при этом барсы больше не отмечались на фото. © Сергей Спицын

Был момент, когда Сергей вместе с волонтерами проверял фотоловушку и по снимку понял — недавно здесь проходил барс. Часть группы он отправил в лагерь, а сам взял нескольких ребят и пошел проверять остальные фотоловушки. По возвращении в лагерь ребята из первой группы рассказали, что встретили по дороге ирбиса и даже сфотографировали. Было обидно, ведь каждый хранитель мечтает встретить своего подопечного, но здесь повезло новичкам.

Я тоже одиночка, часто хожу один по маршрутам. Для многих барсов я свой: они знают мой запах, и не раз меня видели, я уверен в этом. Ну и внешний облик: я седой, как ирбис. Меня даже коллеги называют Ак Барс — по-алтайски это белый барс. © Сергей Спицын

Одна минута из жизни Сергея:

Александр Карнаухов

Старший координатор проектов по сохранению биоразнообразия Алтае-Саянского отделения WWF.

В этой работе нужны навыки альпинизма: предстоят горные походы. Конечно, нужно еще разбираться в экологии ирбиса, следы знать. Да и с техникой ладить: устанавливать камеры несложно, а вот настроить – целое искусство. © Александр Карнаухов

Александр после школы переехал из Новосибирска и учился на биофаке Томского университета. После учебы работал на Дальнем Востоке в заповеднике «Кедровая Падь», а потом шесть лет изучал снежного барса в Институте проблем экологии и эволюции им.А.Н.Северцова РАН. Со студенчества Александр мечтал применять умения по охране природы на практике и в итоге попал в WWF.

Самое приятное в работе — помогать природе, делать что-то важное. И, конечно, наблюдать таких редких животных, как ирбис. А самое сложное — менять отношение людей. © Александр Карнаухов

В России хранитель лично с барсами не встречался, но встретил редкого животного в Памире. Команда спускалась с гор и увидела вдалеке барса с добычей. Встал вопрос — подойти поближе и сделать уникальные фото или отогнать его, потому что в зоне видимости было много местных жителей. Ребята побоялись, что кто-то из местных захочет убить животное — и согнали его с места. Не дали зверю закончить ужин и остались без редких фото, зато спасли животному жизнь.

Александр рассказывает, зачем сохранять снежного барса, какие особенности есть у ирбисов и как WWF защищает редкого зверя:

WWF России занимается восстановлением популяции барсов. Сейчас в РФ не больше 90 особей. Основной вектор — защита от браконьеров, потому что в отдаленных уголках Республики Алтай царит безработица. Чтобы прокормить себя и семью, алтайцам зачастую приходится заниматься браконьерством. Но животные в этом не виноваты.

Инспекторы и хранители барсов защищают животных от смертельных петель, но человеческой силы мало — нужна вездеходная техника. Представьте себе 7 территорий Москвы — вот такая площадь обитания барса на Алтае: пешком не пройти. Для таких походов нужны автомобили УАЗ и снегоходы Yamaha Viking, а на них нужны средства.

Чтобы внести вклад в сохранение снежного барса, не обязательно быть экологом. Пока одни сражаются за жизнь на передовой, вы можете помочь финансово — это как стать донором. Присоединяйтесь к проекту по сохранению барса!

Они работают в горах и спасают животных: 3 истории хранителей барса

Что еще почитать про барсов:

Взрослые, дети и звезды объединились для защиты снежного барса

У этих диких кошек есть имена и селфи

Добро существует — браконьеры встали на защиту животных

Почему 2 миллиона на проект — это мало

Автор: Мари Котляр