Нетипичные Малыш и Карлсон

31.07.2018

— Во что будем играть сегодня? — спросил Малыш.

Этот вопрос застал Карлсона под потолком, где он занимался свим излюбленным делом — проверял на прочность люстру.

— Как во что? — удивился Карслон, сыпля сверху побелкой. — Я уже играю. В родео.

— Карлсон, — начал Малыш. — В прошлый раз мама меня очень ругала за объезженного тобою быка. А я очень долго собирал осколки. Давай во что-нибудь тихое.

— Я могу при этом не кричать, — согласился Карлсон, выкручивая лампочку. — Буду немым ковбоем. Зови меня Молчаливый Джо.

— Сейчас же слезь! — топнул ногой снизу Малыш.

— И не подумаю, — промолчал в ответ из-под потолка Карлсон.

— Останешься без варенья, — пригрозил Малыш.

Угроза подействовала, и ковбой оставил люстру в покое.

— И вообще, надо разнообразить досуг, — наставительно сказал Малыш. — Давай в настольные игры.

— Морской бой? — предложил Карлсон, жужжа пропеллером.

— Нет, — покачал головой Малыш. — Мне твой вариант правил не нравится. Это нечестно, когда у тебя есть авианосцы, а мои корабли морально устарели еще со времен Перл Харбора.

— Могу дать тебе подлодку, — великодушно предложил Карлсон.

— Атомную?

— Нет, на дровах.

— Так и знал, — махнул рукой Малыш. — Давай играть в игры, в которых у всех равные шансы.

— Шахматы! — захлопал в ладоши Карлсон.

— Ага, конечно. В шахматы с тобой играть вообще бессмысленно. Мало того, что ты всегда выбираешь белых, так у тебя еще и король на доске отсутствует.

— Все верно, у меня демократия, — ответил Карлсон. — Как и у всех белых. А ты играешь черными — вот и получай каменный век и монархию. Очень жизненная игра. Благодаря ей ты начинаешь понимать, почему вся Африка до сих пор отстает в развитии от остального мира.

Малыш только махнул рукой.

— Еще идеи есть?

— Есть! — Карлсон порылся в карманах своих необъятных штанов и достал два шестигранника. — Давай в кости. Вот этот кубик мне, этот — тебе. И на варенье — кто больше выкинет.

Малыш внимательно рассмотрел свой кубик, затем Карлсона.

— Слушай, я, конечно, все понимаю. И даже могу закрыть глаза на то, что твой кубик утяжелен с одной стороны. Но вот то, что с другой стороны на нем нарисована семерка — это уже свинство.

Карлсон сконфуженно спрятал кубики в карман.

— Понавыучивали вас счету в ваших школах, — пробурчал он. — На мою голову.

Малыш на это ничего не ответил. Некоторое время он усиленно думал.

— Предлагаю в карты.

— В карты? — переспросил Карлсон, спуская рукава.

— Точнее — в покер. Благородная игра, мне так кажется. Тем более в нее играют все герои фильмов Гая Ричи.

— Это кто? — подозрительно скосился Карлсон.

— Муж Мадонны. Кажется…

— Малыш, попомни мои слова. MTV тебя до добра не доведет, — Карлсон в задумчивости облетел комнату. — Но давай в покер. Только вдвоем неинтересно. Предлагаю взять третьей эту твою домомучительницу.

— А она нам зачем? — спросил Малыш, выглядывая из комнаты.

— Это в наших же интересах, — сказал Карлсон, тоже выглядывая. — Ей ведь, кроме ватрушек, больше не на что играть.

— Господа, сдаем, — провозгласила фрау Фрекен Бок, тасуя колоду. — Напоминаю правила. Сначала пара, затем две пары, тройка, фулл хауз, стрит, флеш, каре, покер. Последний уравнявший ставку вскрывает соперника, — говорила она тоном профессионального крупье.

— Мне кажется, она пудрит нам мозги, — прошептал Карлсон Малышу. — Что-то я не помню никакого стрита в этой игре. А третья по рангу комбинация — точно дуплет.

— Ты опять все путаешь, — так же тихо проговорил Малыш. — Дуплет — это в домино.

— Точно?

— Как пить дать.

— Я поверю тебе на этот раз, — ответил Карлсон. — Но если после окажется, что вы были в сговоре, не жди пощады от Молчаливого Джо.

Фрау Фрекен Бок в это время уже успела сдать карты.

— Прошу сделать номинальную ставку, — с этими словами домомучительница достала из духовки и положила на центр стола плюшку.

— Ставлю кружку варенья. Из личных запасов, — поддержал Малыш, и рядом с плюшкой появилась фарфоровая чашка с малиновым вареньем.

Взгляды устремились на Карлсона. Тот заметно нервничал и пытался это скрыть, от чего нервничал еще заметней, пытаясь скрыть и это, ну и так по замкнутому кругу.

— Малыш, у меня к тебе одно деловое предложение, — не выдержал Карлсон. — Отлетим в сторонку.

Малыш поднялся из-за стола и отошел за нервно жужжащим Карлсоном к окну, провожаемый подозрительным взглядом фрау Фрекен Бок.

— Одолжи варенья, — сказал Карлсон, глядя в сторону.

— У тебя же должно было остаться.

— Ну вот как-то и не осталось.

— Совсем?

— Ни капельки.

— Я так и знал, что нельзя выдавать тебе авансом.

— Это была экстренная ситуация. Я мог не долететь до дома. Пришлось дозаправляться в воздухе.

— Единственный раз, когда ты чуть было не рухнул по дороге домой, был тогда, когда ты сожрал все содержимое буфета, холодильника и надкусил что мог в морозилке.

— Малыш, сейчас не время вспоминать старые конфузы. Просто одолжи мне варенья. Вдвоем мы ее сделаем — опомниться не успеет. Домой уйдет голая.

— Думаешь, стоит ради этого стараться? — Малыш с сомнением посмотрел на фрау Фрекен Бок.

— Не думай об этом, думай о ватрушках.

— Ладно, — согласился Малыш. — Банку. Облепихового. И используй экономно.

— А малинового нет?

— Ты его еще до первого повышения ставок слопаешь, уж я тебя знаю. Облепиха.

— Как скажешь.

Малыш и Карлсон под все тем же подозрительным взглядом фрау Фрекен Бок возвратились за стол.

— Кружку облепихового, — объявил Кралсон тоном владельца собственной пасеки и сделал ставку.

Фрау Фрекен Бок понимающе хмыкнула и сдала карты. На несколько секунд над столом повисло молчание.

— Кто все эти люди? — проговорил Карлсон уголком рта и показал Малышу под столом свои карты с изображением королей, валетов и дам. — Тут ведь должны быть белые точки на черном фоне.

— Карлсон, это НЕ ДОМИНО, — громким шепотом ответил ему Малыш.

— А точки на домино? — удивился Карлсон. Малыш кивнул в ответ. — Плакали тогда наши ватрушки.

— Что-нибудь придумаем, — ответил Малыш. — Сдавай тройку и семерку.

С лица фрау Фрекен Бок не сходило подозрительное выражение.

— Сдаем? — поинтересовалась она.

— Да! — ответил Малыш.

— Нет! — ответил Карлсон.

— Ты что делаешь? — пнул ногой под столом Карлсона Малыш.

— Не хочу, чтобы она поняла, что я не знаком с картами, — зевнул Карлсон.

— Но у тебя же ничего нет! — сказал «не зевай!» Малыш.

— Буду блефовать, — вежливо поблагодарил Карлсон.

— Предлагаю повысить ставку, — вклинилась в их разговор хмурая Фрекен Бок.

— Да, иду ва-банк, — сказал Карлсон, выставляя на стол две банки варенья — свою и Малыша.

— Ты что делаешь? — уронил карту под стол и полез ее доставать Малыш.

— Доверься мне, — почесался Карлсон. — Сейчас пасуй и тихонько пробирайся к окну. Я отвлеку ее внимание на себя.

Маневры Малыша и Карлсона уже изрядно надоели фрау Фрекен Бок.

— Не меняя?

— Даже не глядя! — держал марку Карлсон, положив карты на стол рубашками вверх. — Я их правильной стороной положил? — спросил он взглядом Малыша. Малыш кивнул.

— Я пас, — разочарованно сказал он и отошел к окну.

Фрау Фрекен Бок обменяла карты, несколько секунд присматривалась к ним.

— Ты уверен, что хочешь поставить все? — спросила она Карлсона, который щурился на нее со своего конца стола, словно Клинт Иствуд.

— А что, кишка тонка? — фраза тоже была очень иствудская.

Похоже, фрау Фрекен Бок, далекую от ковбойских уловок Карлсона, это задело.

— Это у меня-то? — сказала она и поставила на стол прикрытую салфеткой корзину. — Поддерживаю ватрушками, — и пододвинула корзину к цетру стола. На несколько секунд их взгляды скрестились.

— Ну что ж… — тоном скучающего гроссмейстера протянул Карлсон. Затем внезапно зажужжал мотором и взмыл над столом, схватил корзинку. — Все-таки рыба! — кинул он на стол карты и, подхватив с подоконника Малыша, вылетел в окно.

Малыш и Карлсон, весело хохоча, сидели на крыше.

— Молодец, не оплошал! — хвалил Малыша Карлсон.

— Да что я, ты-то, ты! — отвечал Малыш.

— Да, я хорош, — соглашался Карлсон.

— Ну, давай ватрушки лопать! — закончил восхваления Малыш.

Карлсон, нетерпеливо жужжа пропеллером, пододвинул корзинку ближе. Малыш сдернул салфетку и оба заглянули внутрь. Несколько минут длилось мрачное молчание, затем салфетка была водворена на место. Некоторое время Малыш и Карлсон сидели, понуро опустив головы, глядя в разные стороны.

— Она ж из духовки ватрушки доставала, — проговорил Малыш.

— Да, — хмуро откликнулся Карлсон.

— А чего корзину на стол поставила? — в голосе Малыша слышалась обида.

— Небось, все наперед знала, — понурился Карлсон. — Даже про то, что я карты с домино путаю.

В корзине лежала рыба селедка, а фрау Фрекен Бок, сидя у окна и глядя на улицу, пила чай, заедая его ватрушками, и посмеивалась, глядя на крыши.