Яды на службе НКВД

21 January

Среди зловещих слухов и легенд о НКВД, которые бытовали среди советских обывателей, особое место занимали истории о непонятных и жестоких опытах над людьми. Было ли такое на самом деле или это действительно просто слухи? К сожалению, было. Не только нацисты имели своего доктора Менгеле — в органах СССР также состоял на службе некий доктор наук с пытливым и изощренным складом ума... Звали его Григорий Майрановский.

Токсикология — наука для избранных

Всё началось еще в 1935 году, когда Майрановского назначили новым руководителем токсикологической лаборатории во Всесоюзный институт экспериментальной медицины. Лаборатория и результаты проводимых в ней исследований были закрытыми, о чем руководство НКВД прекрасно знало и поощряло различные опыты. Вожделенной целью «особистов» было с помощью ученых получить яд, который позволил бы им устранять неугодных людей, не вызывая особых подозрений. Ведь симптомы смерти от яда в большинстве случаев легко узнаваемы более или менее опытным врачом. Для этой цели НКВД принял в свои ряды Григория Моисеевича Майрановского.

Он родился в Грузии, окончил Тифлисский университет, работал в Биохимическом институте им. А. Н. Баха. Надо полагать, что особое ведомство что-то разглядело в безвестном ученом, отметив отсутствие принципиальности и любопытство естествоиспытателя, не особо задумывающегося при этом о чувствах испытуемых. И результаты опытов Майрановского оказались достаточно успешны, так как в 1937 году его назначили руководителем очередной токсикологической лаборатории при ГУГБ НКВД СССР, именующейся также «Лабораторией-Х». Григория Моисеевича также произвели в доктора медицинских наук и присвоили ему звание полковника госбезопасности.

Перед ученым открывались безграничные возможности — покровители отвели ему специальные помещения в угловом доме в Варсонофьевском переулке города Москвы, где посторонние глаза и уши не могли увидеть ужасающих последствий «научных исследований». Рядом находилась Лубянская тюрьма, что давало Майрановскому прекрасный «материал» для опытов.

★ В чем же заключались эти опыты? В попытках выделить яд, не оставляющий следов, подопытным вводили в разных дозировках и последовательности такие яды, как рицин, колхицин, таллий, дигитоксин, аконитин, стрихнин, кураре. Для дела науки в лабораторию доставлялись в качестве расходного материала уголовники и политзаключенные — их было не жалко. «Научный процесс» был совершенно антигуманным, жертвы яда ужасно мучились, причем время, отмеренное до смерти, было совершенно непредсказуемым — иные умирали только спустя две недели. Подчас людей добивали, используя разрывные пули, начиненные ядом судорожно-паралитического действия. А затем ученые начинали исследовать тела на предмет того, можно ли идентифицировать в них следы яда или нет.

Майрановский и его коллеги внимательно наблюдали за результатами экспериментов из специальных комнат, выделенных под подобные цели. И если хладнокровного доктора медицинских наук заботил только результат опытов, то некоторые его коллеги оказались «слабонервными» — отмечались частые депрессии и даже попытки самоубийства...

До поры до времени творцов «яда будущего» постигали неудачи — в трупах неизменно обнаруживались следы воздействия ядов, а ведь Майрановский желал изобрести чудо-яд, не оставляющий после себя, как говорится, даже воспоминания. Правда, заодно всплывали попутные открытия — так, в 1942 году доктор случайно обнаружил, что введенный в нужной дозировке рицин действует как сыворотка правды.

Но к концу 1930-х годов удалось найти и выделить такой яд, как К-2 (карбиламинхолинхлорид) — при его введении человек умирал спустя 15 минут, причем даже патологоанатомы при вскрытии давали заключение: «Смерть от сердечного приступа». «Доктор смерть» и его патроны из НКВД праздновали успех! Кстати, руководителем ведомства на тот момент был Лаврентий Берия. Он и дал Майрановскому следующее указание — найти не вызывающие подозрения способы ввести яд в тело человека. Ученые проявили незаурядную изобретательность и взялись за разработку колющих тростей и стреляющих авторучек, пропитывали ядом постельное белье, пытались комбинировать с лекарствами, едой и водой...

Смертоносный зонтик и ядовитое белье

Но была у деятельности «Лаборатории-Х» и еще одна сторона... Майрановский и его коллеги время от времени оказывали НКВД услуги по ликвидации «ненужных» людей, причем не опосредованно, через передачу яда агентам НКВД, а лично вводя смертельную инъекцию жертве.

По воспоминаниям генерала Судоплатова, «проверка, проведённая ещё при Сталине, после ареста Майрановского, а затем при Хрущёве в 1960 году, в целях антисталинских разоблачений, показала, что Майрановский и сотрудники его группы привлекались для приведения в исполнение смертных приговоров и ликвидации неугодных лиц по прямому решению правительства в 1937—1947 годах и в 1950 году, используя для этого яды».

★ Успешно применялись яды «от Майрановского» и для расправы с врагами родины. Известно, что в 1937 году в Париже сотрудники спецслужб похитили белого генерала Евгения Миллера и, одурманив наркотиками, доставили в Москву, где позже и казнили.

Еще раньше прогремело убийство знаменитого Степана Бандеры — возможно, тот сделал ошибку, не поехав в Испанию, хотя его приглашал сам диктатор Франко. Бывший глава националистов Украины остался в Мюнхене — там-то его, в подъезде, и встретил агент КГБ, выстреливший во врага советской власти ампулами с цианистым калием. Бандера даже не успел добраться до врачей, скончавшись по дороге...

Использовались «средства» из лаборатории Майрановского и в деле Александра Кутепова — лидера белого движения так-же похитили, насильно заставив сесть в машину. Вынесли из авто уже его труп — Кутепову, видимо оказавшему сопротивление, также вкололи некое вещество...

В пору холодной воины люди шепотом передавали друг другу рассказы о гибели болгарского писателя Георгия Маркова. За диссидентскую деятельность агенты КГБ расправились с ним с помощью легкого и словно бы случайного укола зонтиком. В острие зонтика была закреплена капсула размером менее 2 мм, внутри которой находился рицин — яд, с которым активно работали в лаборатории Майрановского...

Среди других жертв подобного «лекарственного» воздействия называются имена архиепископа Теодора Ромжи и националиста Александра Шумского. Возможно, что и смерть известного дипломата Рауля Валленберга также последовала от смертельной инъекции. К сожалению, закрытые архивы пока что не позволяют выяснить в полной мере статистику человеческих смертей, но ясно как день, что руководство КГБ загубило немало жизней.

Ядовитый зонтик
Ядовитый зонтик
Поддержите канал — подписывайтесь, ставьте класс!

На своем ответственном посту Григорий Майрановский проработал около 20 лет, но в 1951 году неожиданно был арестован по обвинению в сионистском заговоре с целью захвата власти и незаконном хранении ядов. Конечно, ни на какую власть профессор не посягал, но на допросах рассказал столько интересного, что следователи просто не знали, что делать.

«Должен сказать, что мне самому становится жутко, когда я вспоминаю всё это», — признавался Майрановский на допросах.

Приговор оказался весьма мягким — 10 лет лишения свободы. Ученый добросовестно отбыл их, потом переехал в Махачкалу, но спустя всего два года внезапно скончался. Диагноз звучал как острая сердечная недостаточность, но вспомним, что, по иронии судьбы, этот диагноз ставили посмертно множеству его «пациентов»...

★ Майрановский создал невидимый яд — и, скорее всего, этим же ядом и был ликвидирован, чтобы остановить поток дальнейших откровений о его деятельности в загадочной «Лаборатории-Х»...

© Александр Стела