Самое громкое ограбление в Донецке времён застоя

Раннее утро 8 сентября 1977 года не предвещало ничего плохого. Напротив – был четверг, рабочая неделя подходила к концу. Сотрудники донецкого автотранспортного предприятия «Донецккоммунтранс» ждали обещанного аванса. Кто мог знать, что на этот день было запланировано одно из самых громких ограблений эпохи застоя?

Налётчики в масках

Вначале дня три работника автотранспортного предприятия – бухгалтер, кассир и вооруженный охотничьим ружьём охранник – выехали с территории «Донецккоммунтранса» на автобусе «ПАЗ-651». Кроме них в салоне находилась пятилетняя дочка кассира. Местом назначения был центр города, где располагалось отделение Госбанка СССР. Там они получили огромную по меркам 1977 года сумму в 108 900 руб – при том, что средняя зарплата советского гражданина составляла 120 рублей. Погрузив мешок денег в автомобиль, сотрудники предприятия отправились в обратный путь. По дороге, по просьбе бухгалтера, шофёр остановился у магазина «Музыкальная книга», куда по подписке приходили дефицитные книжные издания. Через несколько минут после этого автобус отправился на родное предприятие.

До сих пор всё шло по многократно обкатанной схеме. Въехав на территорию автотранспортного предприятия, примерно в 11:30 автобус остановился возле одноэтажного здания расчетного отдела. Заглушив мотор, водитель открыл дверь, и охранник спокойно вышел из автобуса с мешком денег в руках.

ПАЗ-651
ПАЗ-651

Неожиданно со стороны общественного туалета предприятия к нему подбежал мужчина в матерчатой маске с прорезями для глаз. Схватив мешок с деньгами, грабитель попытался вырвать его из рук. Охранник не растерялся и начал оказывать сопротивление. Ствол охотничьего ружья в его руке стал поворачиваться в сторону нападавшего – однако его длина не позволила вовремя осуществить задуманное. Налётчик моментально выхватил из-за пазухи револьвер и сделал несколько выстрелов в упор. Пули попали охраннику в плечо и живот. Скорчившись от боли, мужчина рухнул на землю, его ослабевшие руки выпустили мешок с деньгами.

Схватив добычу, бандит бросился наутёк в сторону ближайших жилых домов. Чтобы отпугнуть возможных преследователей, он прямо на бегу принялся стрелять из револьвера наугад за спину. Одна из выпущенных шальных пуль, пробив кузов автобуса, ранила сидевшую в салоне дочку бухгалтера, другая зацепила водителя.

Услышав выстрелы, из ближайших дворов на мотоцикле «ИЖ-Юпитер» 1968 года выпуска выскочил сообщник грабителя. Он был в точно такой же холщовой маске, скрывавшей лицо. На голове – мотоциклетный шлем. Подхватив своего подельника вместе с добычей, мотоциклист резко развернулся и, подняв тучу пыли, умчался в сторону расположенной неподалёку мусорной свалки. Здесь ими был заранее заготовлен неприятный сюрприз для возможных преследователей: дорога и мусорные кучи были обильно политы бензином, ещё одна канистра дожидалась своего часа. Когда её подожгли, мусор вспыхнул, и пламя перекрыло единственную дорогу, пролегавшую через свалку.

Однако преследователей и без того не было. Вооружённое нападение средь бела дня, перестрелка, в которой смертельные ранения получил охранник, вскоре истекший кровью, – во времена Советского Союза это было нечто из ряда вон выходящее. Не во всяком детективном фильме можно было увидеть подобное. Неудивительно, что сотрудники «Донецккоммунтранса» были слишком шокированы произошедшим, чтобы броситься в погоню. Более того, растерявшись, они даже не сразу позвонили в милицию.

Следствие вели...

Милиция и прокуратура начали оперативнорозыскную работу в тот же день. К следствию были подключены ведущие оперативники Донецка, контроль за его ходом взяли на себя руководители горкома и обкома партии. Уголовное дело возбудили по факту хищения в особо крупных размерах путем разбоя и умышленного убийства. Приехал кинолог со служебно-розыскной собакой – однако она сбилась со следа, подойдя к мусорной свалке – слишком уж сильный там стоял «аромат».

Недалеко от места преступления следователями было найдено несколько гильз от пистолета, которые, по всей видимости, преступники обронили, перезаряжая оружие. Находку немедленно отправили на экспертизу. Через некоторое время баллистики выяснили, что стреляли из револьвера системы Нагана. Наведя справки, милиционеры выяснили, что в конце августа 1977 года аналогичное оружие вместе с 14 боевыми патронами было похищено у женщины-охранника радиоцентра Азовского мореходства.

Опросив её и очевидцев ограбления автотранспортного предприятия, следователи установили приметы преступников и даже составили фоторобот. Первому из налётчиков, который, по-видимому, управлял мотоциклом, на вид было 28-30 лет. Средний рост, русые волосы, нормальное телосложение, скуластое худощавое лицо с прямым длинным носом. Кроме того, подозреваемый носил очки. Второй – тот, что стрелял из револьвера — был старше (примерно 30-35 лет) и, по-видимому, играл в криминальном дуэте роль лидера. Рост чуть выше среднего, плотное спортивное телосложение, лицо овальное с широким лбом. На голове тёмные пышные волосы. Особой приметой, которую подметила одна из свидетельниц ограбления «Донецккоммунтранса», была небольшая хромота преступника. Ориентировки с подробным описанием подозреваемых были разосланы сначала всем отделениям милиции Украинской ССР, а затем – и по всему Советскому Союзу.

На следующий день после ограбления, в двух километрах от места преступления, среди бетонных плит строящегося заводского цеха был найден брошенный мотоцикл. Недалеко от него валялся пакет с разменной монетой на сумму 228 руб.

25 коп. – один из тех, что находился в украденном мешке. Выходит, обнаруженное средство передвижения было тем самым, на котором скрылись налётчики. После его изучения оперативникам стало ясно, что поиски преступников будут нелёгкими. Злоумышленники тщательно подготовились: надеясь замедлить следствие, они удалили с мотоцикла все идентификационные номера, вырвали спидометр, чтобы не дать возможности стражам порядка вычислить километраж и быстро обнаружить место похищения и дальнейшего хранения транспортного средства. И всё же милиционеры установили, что «Иж-Юпитер» был угнан буквально за два дня до разбойного нападения у одного из жителей посёлка Старобешево.

Иж Юпитер 2 1968 г.
Иж Юпитер 2 1968 г.

Однако на этом след обрывался. Никаких отпечатков пальцев найти не удалось. Бандиты продумали всё до мелочей и после преступления словно растворились в воздухе, обрубив все концы.

Следователи рассматривали все возможные версии, проверяли каждого на предмет возможного соучастия. Узнав про остановку автобуса по пути из Госбанка в «Донецкком-мунтранс», милиционеры с пристрастием допросили всех сотрудников книжного магазина, подозревая, что в их рядах мог затесаться наводчик. Однако подозрения оказались необоснованными.

В ноябре 1977 года прокуратура получила анонимное письмо, в котором утверждалось, что кассир «Донецккоммунтранса» допустила недостачу в размере тысячи рублей. Милиционеры уцепились за это свидетельство: это могло заставить сотрудницу АТП пойти на сделку с преступниками, чтобы скрыть свои махинации. Тщательная проверка подтвердила расхождения в кассовой документации, однако никакой связи сотрудницы с бандитами обнаружено не было. Ещё одна версия зашла в тупик.

Милиция перевернула вверх дном каждую бандитскую малину в городе, с пристальным вниманием изучала каждый факт крупной покупки, брала на заметку любого, кто оставлял в ресторане солидный счёт. Была подключена вся агентурная сеть. Несколько раз казалось, что в поле зрения появлялись подозреваемые, но раз за разом следствие оказывалось в тупике. Подозревали бывших военных, чья часть находилась недалеко от Донецка. Попадали в разработку два приятеля-уголовника, подходившие по приметам.

Один из них успел «прославиться» кражей личного транспорта у жителей Старобешево, другой был несколько раз судим за кражи и грабежи. Однако и они на поверку оказались непричастны к громкому делу.

Надежда на успешное раскрытие преступления появилась весной 1978 года, когда в Красноярском крае были арестованы трое злоумышленников. Ранее, используя похищенный автомат ППШ, они совершившили нападение на кассира донецкого магазина «Новосел». Схожие обстоятельства преступления и то, что один из грабителей хромал, закономерно вызвали интерес правохранителей. В Красноярск вылетела высокопрофессиональная оперативная группа. Однако перекрёстные допросы и очные ставки ничего не дали.

Ни один из задержанных не признался в нападении на «Донецккоммунтранс». Следствие в очередной раз зашло в тупик.

Преступление осталось нераскрытым

Резонансное дело, на то время считавшееся одним из самых дерзких и крупных, находилось на особом контроле не только в республиканском, но и во всесоюзном Министерстве внутренних дел. Милицейское начальство было взбудоражено. Ограбление в Донецке не просто попало в список крупнейших преступлений своего времени – оно было единственным из их числа, которое никак не удавалось раскрыть. Настоящий позор для советских сыщиков!

Справедливости ради, сдаваться они и не думали. В течение многих лет ориентировки с приметами преступников висели в каждом милицейском участке. В Главный информационный центр Министерства внутренних дел Советского Союза в Москве были посланы запросы о том, не всплывал ли где-нибудь ещё использованный преступниками револьвер – и каждая гильза, найденная на месте последующих преступлений, проверялась на сходство с теми, что бандиты оставили в Донецке. Сотрудникам милиции, особенно на черноморских курортах, куда стекались толпы отдыхающих со всего Советского Союза и где имелись возможности пустить на ветер деньги, было поручено обращать внимание на людей, живших не по-советски на широкую ногу. Присматривались к картёжникам, среди которых, как рассчитывали, могли всплыть похищенные купюры, к банкам и сберкассам, где банкноты из украденной серии могли попробовать обменять.

Любая зацепка, любые слухи, даже самые неправдоподобные, становились поводом для возобновления следственных мероприятий. За время расследования милицией было опрошено более пятисот свидетелей, проведено пять очных ставок. Однако успеха достичь так и не удалось. Спустя почти десять лет после совершения преступления, в апреле 1987 года, прокуратура Донецка решила приостановить следственные мероприятия. На последнем листе, подшитом к толстой папке уголовного дела перед тем, как её сдали в архив, было написано:

«в процессе расследования выполнены все возможные следственные действия, но принятыми мерами установить преступников не удалось, и следствие по делу приостановлено 30.04.87 г. на основании ч. 3 ст. 206 УПК УССР (неустановление лиц, совершивших преступление)».

По сей день личности разбойников не установлены. Одно из самых резонансных дел эпохи правления Брежнева так и осталось нераскрытым.

Андрей Милкин

Поддержите канал – подписывайтесь и ставьте лайк! Больше интересных историй смотрите здесь.