Как нам живется в музейной старине?

22 July
5,4k full reads
8k story viewsUnique page visitors
5,4k read the story to the endThat's 68% of the total page views
2,5 minutes — average reading time

Легко. И даже с удовольствием. Правда, смотря какая старина. К примеру, бывший доходный дом на Фонтанке, 60, в котором я живу, появился на карте Петербурга еще в конце XVIII века, а официально внесен в реестр в 1839-м.

Фонтанка, 60. Фото автора
Фонтанка, 60. Фото автора
Фонтанка, 60. Фото автора

Довольна ли я, что живу в таком доме-музее? Очень. Правда, в жару в нем абсолютно нечем дышать, потому что стены не выпускают полученное тепло наружу. У соседей потек кондиционер, и они его выключили. Потому что ремонту теперь не подлежит (в закрытом дворе температура жарит под 40). Но надо же как-то выкручиваться!

В доме № 68 на Гороховой, 1859-го года постройки, тоже было жарковато. Зато и зимой - аналогично. Дня не было, чтобы я не открывала форточку настежь. С коммуникациями тоже повезло: ничего не отказывало, не засорялось, не выходило из строя. Правда, исторический паркет противно скрипел, но что делать. Это уже на совести хозяина, а не самого дома.

Хочу показать вам еще два удивительно красивых здания, в которых кому-то повезло жить еще в то время, когда они были "конфетками".

Фото автора

Особняк Елизаветы Бутурлиной (Чайковского, 10) появился на карте города почти одновременно с домом №68 на Гороховой, в 1857-60 гг. История у него длинная и красивая, чего в ней только ни намешано!

Статс-дама Елизавета Михайловна приобрела данный участок в 1844, с деревянной постройкой. Как видите, решение выстроить вместо него особняк она вынашивала долгих 13 лет.

Реализовал ее мечту архитектор Геральд Боссе. Каких только украшений не было на фасаде дома! Причудливых ваз и даже герба хозяйки! Но ничего не сохранилось.

С 1860 по революционный 1917-й в особняке размещалось австро-венгерское посольство, которое в 1914-м подожгли (вспоминается Гашек с его бессмертным "Швейком"!).

В 60-е же (с 1868-го) в доме снимала комнату семья Ковалевских. Да, да, та самая Софья Ковалевская, умница, красавица, математик, писательница и...академик! Вот!

Фото автора
Фото автора
Фото автора

Октябрь 1917-го внес в распорядок жизни доходного дома свои коррективы: селить в доме стали солдат, которые топили печи старинной мебелью и предметами антиквариата. И такой беспредел продолжался до 1924-го, когда молодая советская республика вдруг поняла, что рискует остаться в руинах, если экспроприированное ею буржуйское добро так стремительно пойдет в расход. Своего-то она ничего не создала.

И дом спешно объявили памятником. Отремонтировали и в 1930-м пустили в него жить "простых советских граждан". Где они, из поколения в поколение, теперь и живут. Правда, дом в таком состоянии, что смотреть больно, ей-богу.

Фото автора
Фото автора
Фото автора

Доходный дом доктора Краевского (улица Чехова, 3).

Архитектор фон Вилькен и скульптор Иенсен сотворили настоящий шедевр в стиле эклектика. Дом "поздний", 1881-82 гг постройки.

Доктор Владислав Краевский был личностью незаурядной, веганом, как сейчас говорят, и адептом ЗОЖ. Поэтому и в красавце-доме он организовал Кружок спорта и борьбы (1885). Не подумайте, что Владислав Францевич хотел с кем-то бороться и готовил команду собственных "бойцов", нет! Он просто увлекался атлетикой, но не прыжками через "коня", а "железками". Отсюда все и началось.

Откуда у доктора было столько денег, беспокоит меня до сих пор. Мало того, что квартиры в доме, на который он получил ссуду на 25 лет, были от вполне себе скромных до максимально роскошных, так в придачу к ним были еще конюшни (8 штук!), медные ванны (14) и камины (13)! У парадного подъезда стоял швейцар. Как в таком доме не заботиться о совершенстве собственного тела? Он же к этому располагает.

Фото автора
Фото автора
Фото автора

Но недолго музыка играла. Видимо, у почетного зожника и атлета что-то пошло не так, и в 1887-м он продал свой роскошный домину другой почетной даме - Марии Герке.

Она владела им весьма исправно, но тоже недолго. Через 5 лет после удачной покупки дома, в нем произошел пожар. Урон, по тем временам, был ощутимый.

С 1894-го и вплоть до революции домом владел инженер Мордухай-Болтовский (да, да, такие фамилии бывают!) и его наследники. И хотя буквально перед октябрем 1917-го они хотели продать здание, именно октябрь разрушил их планы, торжественно объявив, что "временные" должны слезть, потому что кончилось их время.

Фото автора
Фото автора
Фото автора

Сегодня дом - обычный, жилой. Является памятником архитектуры регионального значения и привлекает зевак.

Хотя, признаться честно, увидев его, зевать вы перестанете. Вы будете так же, как я, стоять, задрав голову и беспрестанно щелкать камерой.

Удачных вам экскурсий, драгоценные!