Долгожданный наследник Т-26

12 January

К 80-летию начала испытаний танка сопровождения Т-50, созданного КБ завода №174 для замены Т-26

На начало Великой Отечественной войны наиболее массовым советским танком был Т-26. 13 февраля исполнится 90 лет с принятия решение о начале его производства на заводе "Большевик" (далее завод №174), где он сменил в производстве МС-1. Несмотря на то, что некоторые посчитали запуск в серию советского аналога Vickers Mk.E ошибочным, на самом деле это было верным решением. Правда жизни такова, что запуск в серию Т-19 и Т-20, потенциальных сменщиков МС-1, буксовал, да и смысла в них особо не имелось. Обе машины к тому моменту морально устарели, в отличие от базы Vickers Mk.E. Не лишенная недостатков, данная база оказалась более удачной, неслучайно танки на этой базе, в некоторых странах, дослужили до начала 60-х. Шасси английского танка и его потомков обеспечивало вполне приличные характеристики, достаточные для танка поддержки пехоты. Кроме того, уже в 1933 году начался выпуск однобашенного Т-26, который более-менее подходил на роль "общевойского" танка.

Макет Т-50, декабрь 1940 года.
Макет Т-50, декабрь 1940 года.

Самой главной проблемой было то, что Т-26 чересчур задержался в производстве. Причины такой ситуации стало то, что имелись проблемы со сменщиками. Сначала был Т-46, который даже приняли на вооружение Красной Армии и запустили в серию, но выяснилось, что танк чересчур "сырой", да и пожелания АБТУ КА привели к чрезмерному его усложнению. В 1938 году появилось задание на выпуск иного заменителя Т-26 - колесно-гусеничного танка СТЗ-25/СТЗ-35. Но эта машина оказалась еще более бестолковой, нежели Т-46, поэтому там еще на стадии опытного образца стало понятно, что смысла в данном танке нет. Посему к концу 1939 года сложилась ситуация, когда на вооружение Красной Армии приняли новый разведывательный танк-амфибию Т-40, средний танк Т-34, тяжелый танк КВ, но сменщика Т-26 всё еще не было. Новый виток работ по заменителю самого массового советского предвоенного танка начался в начале 1940 года. По итогам работ появился танк сопровождения Т-50 разработки завода №174. 80 лет назад первые две машины данного типа вышли на испытания. К этой дате я подготовил материал, посвященный тому, как Т-50 появился, и как делал первые шаги.

"Облегчить и перенять зарубежный опыт"

4 февраля 1940 года завод №174 получил задание на разработку нового танка сопровождения. Согласно требованиям, данная машина, получившая обозначение "126" (позже Т-126), имела болевую массу 14-16 тонн, вооружение как у Т-26, броню толщиной 40 мм и скорость не менее 30 км/ч. Еще 2 февраля, в ходе обсуждения задания, указывалось, что руководить работами по "126" будет С.А. Гинзбург, при этом Семёна Александровича освобождали от других разработок. Таким образом Гинзбург, находившийся в некоторой опале после истории с Т-46, снова понадобился как главный конструктор. Заодно такой подход показывал срочность задания. Также работы над аналогичным Т-126 танком начали на заводе №185 (Т-125, ведущий инженер машины И.И. Агафонов) и СКБ-2 Кировского завода (Т-211, ведущий инженер А.С. Ермолаев). Все три коллектива подготовили эскизные проекты своих танков в марте 1940 года, но 29 апреля 1940 года появились новые тактико-технические требования. Боевая масса ограничивалась 13 тоннами, экипаж составлял 4 человека, из них 2 в башне, скорость возрастала до 35 км/ч, толщина брони возрастала до 45 мм. Если раньше выбор был между дизелем "744" разработки КБ завода №185 и мотором В-2 завода №75, то теперь В-3 являлся единственным вариантом. Последнее было верным решением, ибо "744" был и слабее, и его перспективы (как и перспективы завода №185 в целом) весьма туманны.

Т-126, прямой предшественник Т-50. Машина получилась слишком тяжелой, да и боевое отделение получилось не особо удачным.
Т-126, прямой предшественник Т-50. Машина получилась слишком тяжелой, да и боевое отделение получилось не особо удачным.

Завод №185 сделать новый проект танка не успел, СКБ-2 Кировского завода существенно переделало проект Т-211, а завод №174 существенно изменил проект второго варианта Т-126. По сути получился новый танк, мало похожий на то, что предлагалось изначально. В переписке он проходил также как "С П". 13 июня 1940 года был подготовлен технический проект машины, а также полноразмерный макет. По сравнению с исходным Т-126-II масса снизилась до 15 тонн, а корпус стал больше похож на Т-34 (это было связано с замечаниями по поводу чересчур плотной компоновки исходного Т-126-II). Вместе с тем, требовалось получить массу на 2 тонны меньше. Как раз в связи с этим и был подготовлен альтернативный вариант танка, получивший обозначение Т-127. Его масса составляла 12,5 тонн. Впрочем, данный вариант танка отвергли, а на испытания вышли два варианта СП-126. Первый образец, законченный 30 августа 1940 года, имел расчетную боевую массу 17 тонн, а по факту еще больше - 17,7 тонн. Второй образец, имевший толщину брони 55 мм, оказался еще тяжелее - 18,3 тонны, его закончили 25 сентября. Создавалось впечатление, что из Т-126 пытались сделать Т-34 поменьше. Например, в планах работ от 3 октября 1940 года значилась установка в башню С П 76-мм орудия Ф-32. А еще 9 октября 1940 года последовал приказ по заводу №174 о начале подготовке производства установочной партии С П. Это было явно преждевременным решением. Машины оказались не особо удачными, не впечатлили они и Ворошилова в ходе демонстрации 11 октября. Идея размещения экипажа по типу Т-34 оказалась неудачной, поскольку в отделении управления было тесно. Тесной оказалась и башня, чей диаметр погона составлял 1250 мм. Вместе с тем, завод №174 всё равно работал явно быстрее Кировского завода. Их Т-211 был явно хуже, да и практическая реализация машины ограничивалась отлитыми корпусами, а также башнями.

Собственно, вот и всё, что было использовано от Pz.Kpfw.III на Т-50 КБ завода №174.
Собственно, вот и всё, что было использовано от Pz.Kpfw.III на Т-50 КБ завода №174.

19 ноября 1940 года вышло постановление Комитета Обороны при СНК Союза ССР №427сс, согласно которому завод №174, а также Кировский завод, изготовляли по 2 образца танка Т-50. Срок изготовления - 15 января 1941 года. Боевая масса ограничивалась 13,5-14 тоннами, экипаж составлял 4 человека, но теперь 3 из них (командир, наводчик, заряжающий) размещались в башне. Также в башне находилось 2 спаренных пулемета ДТ. Такое решение было взято по результатам знакомства с немецким средним танком Pz.Kpfw.III Ausf.G, который весной 1940 года купили у немцев. Данная машина в конце 1940 года была направлена в Ленинград, где ее изучали и на Кировском заводе, и на заводе №174. По этому поводу иные исследователи сделали довольно смешные выводы, из которых следовало, что якобы по сути из Т-50 решили делать аналог Pz.Kpfw.III. На практике от немецкого танка взяли совсем немного. Помимо идеи с башенкой и двумя пулеметами использовали цветовую индикацию для водителя, а также указатель выхода орудия за габариты танка. Ну и всякие мелочи. А так машина была сформирована еще на стадии СП-126.

Один из трех вариантов танка С П, которые были альтернативой базовой машине. Каждый их них имел свои недостатки, поэтому рассматривать данные варианты не стали.
Один из трех вариантов танка С П, которые были альтернативой базовой машине. Каждый их них имел свои недостатки, поэтому рассматривать данные варианты не стали.

В октябре-ноябре 1940 года прорабатывалось несколько вариантов С П, целью данных работ было снижение массы до 13-14 тонн. Отчасти это было повторением истории с вариантом Т-127, то есть попытка уменьшить габариты шасси с целью снижения массы. В случае с СП-1 предполагался перенос трансмиссии и ведущих колес в носовую часть, это уменьшало массу, но существенно усложняло обслуживание элементов трансмиссии. Вариант СП-3 отчасти напоминал идеи по Т-126-II, забраковали его по тем же причинам - плохой доступ к моторам. Наконец, третьим вариантом стал СП-2, фактически повторение Т-126 со скошенной лобовой частью корпуса и механиком-водителем по центру. Впрочем, эти версии машины скорее являлись запасными, поскольку их даже не стали обсуждать. 2 декабря 1940 года был продемонстрирован полноразмерный макет Т-50, который являлся прямым развитием Т-126. Механик-водитель теперь находился по центру отделения управления с небольшим смещением влево. Из указанных проектов он больше напоминал СП-2, но это скорее наоборот, он напоминал Т-50.

По итогам рассмотрения макета было внесено немало замечаний, но в целом проект завода №174 утвердили.
По итогам рассмотрения макета было внесено немало замечаний, но в целом проект завода №174 утвердили.

Согласно расчетам, боевая масса Т-50 оценивалась в 13,5 тонн, при этом ориентировочная скорость выросла. В ТТТ этого не указывалось (там стояли всё те же 30 км/ч), похоже, что приказ "ускорить" Т-50 пришел негласно. Так или иначе, но вместо 30 км/ч максимальная скорость выросла до 50 км/ч. Толщину брони снизили до 37 мм, впрочем, за счет больших углов наклона (50 градусов) лоб корпуса не пробивался 45-мм снарядами со всех дистанций. Танк получил оригинальную командирскую башенку с 7 смотровыми приборами, а в крыше башни разместили вентилятор. В целом комиссия осталась довольна макетом, но имелись и замечания. Передний смотровой прибор механика-водителя не обеспечивал видимость крыльев машины, запас топлива оказался ниже ТТТ, ручной запуск мотора был возможен только снаружи. Имелись претензии к защите воздухопритока от бутылок с зажигательной смесью. Комиссия требовала увеличить запас топлива до 450 литров, проработать вопрос создания планетарной КПП, проработать два типа трака (литой и штампованный), сделать для них шпоры, поставить в башне смотровые приборы для наводчика и заряжающего. Имелись претензии к месту командира и заряжанию пулеметов. Продумывался вопрос увеличения толщины листов башни до 45 мм. Список замечаний получился, мягко говоря, немаленьким, вместе с тем, комиссия признала танк более-менее соответствующий требованиям. После исправления замечаний одобрялась постройка двух опытных образцов. Таким образом, Т-50 давался зеленый свет.

Финалист конкурса

Согласно уже упомянутому постановлению Комитета Обороны при СНК Союза ССР №427сс, к 15 декабря 1940 года Ижорский завод должен был сдать два комплекта корпусов и башен для Т-50. Со своей частью задания Ижорский завод успешно справился, что позволило заводу №174 оперативно заняться сборкой первого опытного образца машины. Более интересно другое. Несмотря на то, что танк всё еще не был утвержден, в предварительных планах Ижорского завода на 1941 год, датированных 21 декабря 1940 года, значилось 580 корпусов и башен для Т-50. Причем во втором квартале 1941 года планировалось сдать 100 комплектов корпусов и башен. Это слегка так намекает на то, кого именно считали фаворитами в конкурсе на Т-50. Про Т-50 разработки Кировского завода там почти и не вспоминали, причем отчасти подобное отношение было верным. Данная машина достойна отдельного материала, но в целом создается ощущение, что делали его без рвения, это многое объясняет.

Один из двух опытных образцов Т-50 в исходной конфигурации, январь 1941 года. На машине стоят фонари от Т-38.
Один из двух опытных образцов Т-50 в исходной конфигурации, январь 1941 года. На машине стоят фонари от Т-38.

На заводе №174 вели себя ровно так же, то есть как будто вопрос по поводу Т-50 уже решен. Причем подобное положение вещей отлично наблюдалось еще 17 декабря 1940 года, когда даже первую опытную машину не начали собирать. Был составлен обширный график различных работ, включая спецмашины - тральщик и установка огнемета. Кое-что из этих работ даже вышло далее за рамки проектов, тот же огнемет вполне сделали. Там же фигурировала башня для Т-50 с 76-мм орудием Ф-32, но данную разработку в работу не пустили. Уже позже, в феврале 1941 года, появились планы по выпуску двух Т-50 с планетарной трансмиссией, из них один планировалось вооружить 57-мм пушкой Ф-1 (ЗИС-2). Как и вариант с Ф-32, данные работы дальше пожеланий, не продвинулись, но тем не менее. Так или иначе, но к концу декабря (точнее, 29 числа) первый из Т-50, получивший чертежный индекс 135, был собран и прошел обкатку на территории завода. Надо сказать, что это была уже вторая машина с индексом 135. Существовал еще и Т-135, химический танк на базе Т-26. То, что у завода №174 один индекс мог означать минимум две разные машины, это вполне норма. Второй опытный образец Т-50 был готов 31 декабря. Это позволило заводу провести дополнительные доводочные работы перед началом испытаний.

Чего у Т-50 не отнять, так это фотогеничность. Тут он превосходил даже Т-34.
Чего у Т-50 не отнять, так это фотогеничность. Тут он превосходил даже Т-34.

Официально танки были предъявлены на испытания 12 января 1941 года, в этот же день и начались их испытания. Принимала танки комиссия, назначенная приказом НКО и НКСМ №001/9сс от 7 января 1941 года. Председателем комиссии назначили военинженера 1-го ранга И.Д. Павлова. К тому моменту танк №1 прошел 506 километров, а танк №2 - 612 километров заводских испытаний. Комиссия отметила, что танки не получили часть оборудования, включая призмы в командирских башенках и колпаки на воздухопритоки. Впрочем, это мелочи по сравнению с другими замечаниями. Как уже говорилось выше, при рассмотрении макета было высказано немало претензий. И часть из них завод №174 успешно проигнорировал. Связано это оказалось, в том числе, с большой спешкой. В результат смотровые приборы в башне никто менять не стал. Проблемы, связанные с вооружением, также никуда не делись. В танках отсутствовали радиостанции, запас топлива остался тот же, а упомянутый "немецкий" указатель курса не поставили. Не имелось никаких изменений по корпусу и башне, завод указывал, что это будет сделано на серийных танках. Посему комиссия потребовала поставить на танки новые башни, которые учитывали замечания. Только после этого имело смысл проведение испытания стрельбой.

В сравнении с Т-26. Т-50 оказался тяжелее предшественника всего на 3 тонны, но при этом был гораздо быстрее и обладал более высокой броневой защитой.
В сравнении с Т-26. Т-50 оказался тяжелее предшественника всего на 3 тонны, но при этом был гораздо быстрее и обладал более высокой броневой защитой.

По этой причине полигонные испытания было решено проводить только с целью выявления ходовых характеристик. Отчасти испытывалась обзорность танка, для этого к 17 января ставились призмы в смотровых приборах башни. К 20 января ожидались новые топливные баки, также запускались работы по новой башне, с учетом замечаний. Наиболее интересно выглядела ситуация с радиостанцией. Дело в том, что ставиться она должна была в башне, где для этого места попросту не имелось. Стоит отметить, что на серийных Т-50 радиостанция всё же появилась, а штырьевую антенну поставили у командирской башенки. Также следует отметить, что на опытных танках стояли уже не моторы В-3, а их серийная версия - В-4. Финальная версия мотора, представлявшего собой "половинку" В-2, развивала мощность 300 лошадиных сил при 2000 оборотах в минуту. Также следует отметить, что даже с учетом массы замечаний Т-50 даже в таком виде был более удачной машиной, нежели Т-126. Например, диаметр погона вырос до 1400 мм, это не только позволило разместить, в кормовой части башни, командира танка, но и сделало боевое отделение более просторным. Более удачным стало размещение механика-водителя. Также удалось вписаться в требования по массе. Погрузочная масса опытных образцов составила 13260 кг.

Аналогично Pz.Kpfw.III, у Т-50 стояло 2 спаренных пулемета.
Аналогично Pz.Kpfw.III, у Т-50 стояло 2 спаренных пулемета.

Еще на этапе заводских испытаний стало ясно, что машина получилась весьма проворной. На булыжном шоссе, присыпанном снегом, танк развил максимальную скорость 49,65 км/ч. При этом, правда, отмечалась напряженная работа мотора на 4-й передаче. Тем не менее, в ходе заводских испытаний танками была достигнута средняя скорость по шоссе, в зависимости от того, как было засыпано снегом, 33-39 км/ч. На местности средняя скорость достигала 26 км/ч. В таких условиях запас хода по шоссе достигал 370 километров, а по местности - 240 километров. Впрочем, не всё оказалось гладко. Во-первых, происходил довольно быстрый износ венцов ведущих колес, также на них образовывались трещины. Во-вторых, после 330 км пути у танка №2 порвало трак на правой гусеничной ленте, а после 546 км пришлось менять 4 трака на обеих лентах. При этом у танка №1 таких проблем с траками не обнаружилось. Имелся и ряд других недочетов, вполне нормальных для опытных машин.

В отличие от Т-34, у Т-50 выхлоп шел сбоку, под левым крылом.
В отличие от Т-34, у Т-50 выхлоп шел сбоку, под левым крылом.

На полигонных испытаниях проблем стало больше. Выяснилось, что проблема с траками является не дефектом одной только машины №2. Траки стали разрушаться через 300-400 километров, причем первые трещины в проушинах траков (18 штук на машине №1) обнаружились уже после первого пробега. Также выявились указанные выше проблемы с венцами ведущих колес, и это тоже выявилось после первого пробега, который состоялся 13 января 1941 гожа. Выявилась недостаточная жесткость днища, то приводило к прогибу и листов крыши корпуса. Отмечался прогиб вилки переключения 3-4 скоростей. Также наблюдалась высокая температура масла в коробке передач (100-115 градусов), а призмы быстро забивались снегом. По этим причинам ГАБТУ КА дало указание продлить испытания, а заводу, к 10 февраля, устранить выявленные недостатки. Новым сроком окончания испытаний указывалось 15 февраля 1941 года. Следует отметить, что практически каждый выезд на полигонные испытания сопровождался массой дефектов, что фиксировалось в актах.

Продольный разрез машины.
Продольный разрез машины.

Нарком среднего машиностроения В.А. Малышев, которому пришло письмо из ГАБТУ КА, согласился на дополнительные 500 км испытаний. Как выяснилось дальше, в ГАБТУ КА были правы, продлив испытания. 8 февраля 1941 года, на 2065-м километре полигонных испытаний, произошла поломка коробки передач танка №1. Изучение вопроса выявило тот факт, что надежной смазки КПП не обеспечивалось. Одновременно выявился букет проблем с бортовыми редукторами и фрикционами. Это стало лишь дополнительной галочкой в вердикте комиссии по итогам 2000 километров испытаний. В документе, датированном 6 февралем 1941 года, указывалось, что у машины имеется 12 основных пунктов дефектов. Это не позволяло говорить о том, что Т-50 можно признать выдержавшим испытания. Был также составлен список из 12 пунктов доработок. Последним, 12-м пунктом, шло требование поставить на танк счетчик моточасов. Речь шла о приборе, который разработал М.Т. Калашников, как раз в это время Михаил Тимофеевич работал на заводе №174.

Траки оставались головной болью завода №174 и летом 1941 года.
Траки оставались головной болью завода №174 и летом 1941 года.

Официально полигонные испытания закончились, а точнее прекратились, 17 февраля 1941 года. Вместе с тем, С.А. Гинзбург настаивал на их продолжении, при этом машина по их окончанию доводилась и запускалась в серийное производство. Одновременно завод №174 дорабатывал башню. Этим вопросом заинтересовались соответствующие органы. Там не забыли историю с Т-46 и другими машинами, которые вроде как на вооружение приняли, а на самом деле машины в серию не шли. Впрочем, на сей раз Гинзбургу повезло, а испытания продолжались.

Ситуация вокруг Т-50 заинтересовала и НКВД.
Ситуация вокруг Т-50 заинтересовала и НКВД.

К середине июня танк №1 прошел 5623 км, как и машина №2, на нем испытывали различные элементы, о которых стоит поговорить отдельно. В любом случае, настойчивость Гинзбурга и руководства завода №174 дала свои результаты. 16 апреля 1941 года Т-50 был принят на вооружение Красной Армии. С учетом того, что Кировский завод работал по своей машине спустя рукава, а она оказалась еще более сырой, нежели танк завода №174, иных альтернатив не имелось.

Источники:

РГВА

РГАЭ

ЦАМО РФ

ЦГА СПб

Ранее вышедшие статьи по советским легким танкам:

Рассказ о боевом отделении советского танка сопровождения пехоты МС-1 (Т-18)

Т-40с, которого не было

Т-60 с башнями Т-30

История 45-мм танковой пушки ВТ-42, разработанной КБ завода №235 для использования в легком танке Т-70

Статья по зенитному танку ЗУТ-37 на базе Т-70