Личинка СУ-76

2,3k full reads
7,8k story viewsUnique page visitors
2,3k read the story to the endThat's 30% of the total page views
6 minutes — average reading time

Опытная самоходная артиллерийская установка СУ-32, прямой предок СУ-12 (СУ-76)

До начала Великой Отечественной войны планы по выпуску легкой самоходной артиллерии выглядели вполне прозрачными. Во-первых, предполагалось "утилизировать" 1200 двухбашенных Т-26 в легкие САУ поддержки пехоты. Во-вторых, имелась куда более перспективная база в виде танка сопровождения Т-50, производство которого весной 1941 года вовсю осваивалось на заводе №174 в Ленинграде. Несмотря на то, что постановление о самоходной артиллерии осталось проектом, на самом деле указанные работы оказались совсем не бумажными мечтами. Маршал Г.И. Кулик, заместитель наркома обороны, спустил на завод №174 наряд по разработке САУ и на базе Т-26, и на базе Т-50. В случае с Т-26 появились проекты штурмовой САУ Т-26-6 и ЗСУ Т-26-8. Также прорабатывался и вариант Т-26-7 с 57-мм противотанковой пушкой ЗИС-4. Что же касается Т-50, то в работу пошли башенный истребитель танков СУ-51 с 57-мм пушкой ЗИС-4, а также зенитная самоходная артиллерийская установка СУ-51. Естественно, эти планы, после начала войны, существенно изменились, но Т-26-8 смогли построить в количестве двух экземпляров, а Т-26-6 имела прямое отношение к другой САУ - СУ-26. Так что хотя бы по легким САУ предвоенные планы отчасти реализовать удалось.

Шасси "32" в конфигурации БГС-5, май 1942 года.
Шасси "32" в конфигурации БГС-5, май 1942 года.
Шасси "32" в конфигурации БГС-5, май 1942 года.

К началу 1942 года сложилась ситуация, когда разработка самоходных артиллерийских установок стала насущной необходимостью. Производство артиллерийских тягачей прекратилось почти полностью, а это грозило большими проблемами с механизацией артиллерии, включая и дивизионную. С другой стороны, опыт создания ЗИС-30, инициативной разработки КБ завода №92, признали удачным. Несмотря на то, что во многом данная машина являлась эрзацем, в мирное время не имевшим ни единого шанса для выпуска, она показала себя как эффективное средство сопровождения танковых бригад. Правда, шасси тягача "Комсомолец" для подобных целей плохо подходило, да и выпускать его перестали еще с 1 августа 1941 года. Поэтому к концу января 1942 года были сформированы тактико-технические требования на универсальное шасси с использованием агрегатов танка Т-60. Данное шасси стало актуальным после того, как 6 января 1942 года Т-50 сняли с серийного производства. С.А. Гинзбург, заместитель начальника 2-го отдела НКТП СССР (фактически заместитель Ж.Я. Котина), предполагал создать целое семейство боевых машин, включая и легкий танк. Идея вполне здравая, поскольку Т-60 был откровенно слабоват, а работы по установке в него 45-мм танковой пушки затягивались.

Рубка шасси "32" по проекту ЗИК-7.
Рубка шасси "32" по проекту ЗИК-7.
Рубка шасси "32" по проекту ЗИК-7.

Ситуация вокруг программы создания советских легких САУ изменилась после того, как 6 марта 1942 года на вооружение Красной Армии приняли Т-70. Этот танк стал финалом работ по установке в башню Т-60 танкового орудия калибра 45 мм. По итогам получился совершенно новый танк на переработанных агрегатах Т-60, со спаренным мотором ГАЗ-203, являвшимся более разумным решением, нежели параллельное расположение двух ГАЗ-202. Вместо двух коробок передач ГАЗ-АА использовалась одна, от ЗИС-5, а также не требовалась хитроумная система переключения двух КПП одновременно. Вполне логично, что именно Т-70 теперь предполагался как потенциальная база для легкой САУ. 15 апреля 1942 года было подписано постановление пленума Артиллерийского Комитета ГАУ КА, посвященного самоходной артиллерии. Согласно постановлению, в работу запускалась легкая штурмовая САУ, базой для которой служило шасси из агрегатов Т-70. Вооружение предполагалось в виде 76-мм дивизионной пушки ЗИС-3, либо 76-мм дивизионной пушки УСВ. Работа по шасси поручалась заводу №37 НКТП, к тому моменту находившемуся в Свердловске. Также на том же шасси предполагалось установить 37-мм зенитную автоматическую пушку 61-К и 25-мм автоматическую зенитную пушку 72-К. НКТП (Наркомат Танковой Промышленности) данные работы подтвердил, но при этом была оговорка про шасси танков Т-60 и Т-70. Собственно говоря, уже на этом моменте в НКТП отчасти признали простой факт - разработка шла на двух типах шасси. Как нелепо это не прозвучит, но началось борьба между Т-60 и Т-70. Причины прозаичны: завод №37 НКТП выпускал Т-60, причем смог отстоять их производство. Поэтому и шасси на агрегатах Т-60 для него считалось приоритетным. Это, впрочем, не снимало с повестки дня шасси на базе Т-70, которым всё же пришлось заниматься.

Орудие предполагалось устанавливать на тумбе.
Орудие предполагалось устанавливать на тумбе.
Орудие предполагалось устанавливать на тумбе.

Одним из идеологов создания самоходных артиллерийских установок на заводе №37 выступал Г.С. Суренян, активно продвигавший подобные машины еще с лета 1941 года. Сначала на базе Т-40, затем было предложение создавать аналогичные машины на базе Т-60. Правда, Суренян планировал использовать готовые шасси, что делало проекты не особо перспективными. Поэтому даже вариант на базе Т-70, который стал формироваться в мае 1942 года, не являлся простой адаптацией танка под более мощное вооружение. Шасси "32", ведущим инженером которого стал Н.Н. Ефимов (инженер-конструктор отдела 030), сохраняло от Т-70 агрегатную базу, а также общую ширину. В последнем случае сразу же получался минус по сравнению с шасси "31", поскольку оно получалось заведомо шире, а значит и объем боевого отделения больше. С другой же стороны, для шасси "31" требовалось делать заново торсионные валы, это осложняло освоение машины в серии. Впрочем, на опытном образце предполагалось использовать базу Т-60 с удлинёнными торсионными валами, поскольку завод №37 базу Т-70 еще не начинал осваивать.

Подвижная бронировка орудийной маски имела литую конструкцию.
Подвижная бронировка орудийной маски имела литую конструкцию.
Подвижная бронировка орудийной маски имела литую конструкцию.

По тому, как на совещании 22 мая 1942 года было представлено шасси "32", четко видны приоритеты как завода №37, так и Гинзбурга. Общее ощущение, что шасси с использованием агрегатной базы делалось "для мебели", поскольку оно и шло вторым, и проработок на его базе вариантов вооружения оказалась меньше. Самое же главное, что и вооружение выглядело принципиально иным. Первый вариант машины, БГС-4 (боевая гусеничная машина 4) являлась ЗСУ с установкой 37-мм зенитного орудия 61-К. ЗСУ получалась заметно легче БГС-2 на шасси "31" (боевая масса 8700 кг против 9700 кг у БГС-2), но и боекомплект меньше (300 патронов к 61-К против 500 у БГС-2). При этом БГС-5, штурмовой вариант шасси "32", получался самым тяжелым в семействе - 10500 кг. Еще одним моментом было то, что вместо дивизионного орудия ЗИС-3 предполагалось использовать 76-мм танковую пушку ЗИС-5. С одной стороны, это решение логичное. ЗИС-5 производилась на заводе №8, она получалась менее габаритной, нежели ЗИС-3. А вот с другой стороны, разрабатывать такой вариант было сложнее. Требовалось адаптировать танковое орудие под самоходную базу. Это влекло за собой дополнительное время, а значит, и БГС-5 создавался дольше. Такой вот хитрый способ избавиться от "неудобного" шасси. Всему происходившему законченный вид придает тот факт, что к 22 мая шасси "31" уже существовало в виде тестового образца.

ЗИК-7-II, упрощенный вариант машины.
ЗИК-7-II, упрощенный вариант машины.
ЗИК-7-II, упрощенный вариант машины.

По итогам совещания шасси "32" решили строить в варианте БГС-5. Правда, довольно быстро пришлось столкнуться с тем, что установка ЗИС-5 требовала времени на разработку. Данные работы повесили на КБ завода №8. Тема установки модифицированной ЗИС-5 получила индекс ЗИК-7, ведущим инженером назначили М.Е. Безусова. Одновременно Безусов вел работы по темам ЗИК-10/ЗИК-11. Работы осложнялись тем, что КБ завода №8 уже было перегружено другими проектами, как буксируемой, так и самоходной артиллерии. Вместе с тем, уже к 30 мая 1942 года проект ЗИК-7 был готов. В отличие от предварительного варианта БГС-5, в котором рубка была открыта сверху, сзади и частично сбоку, проект ЗИК-7 предполагал более разумное исполнение боевого отделения. Открытым боевое отделение осталось только сверху, также оно стало более просторным. Расчет боевого отделения составлял 2 человека. Согласно проекту, боекомплект составлял 60 патронов к орудию ЗИС-5, как и на БГС-5.

Подвижная бронировка ЗИК-7-II больше напоминала обычную "танковую".
Подвижная бронировка ЗИК-7-II больше напоминала обычную "танковую".
Подвижная бронировка ЗИК-7-II больше напоминала обычную "танковую".

Одним из важных моментов при разработке ЗИК-7 являлась унификация орудия с обычной ЗИС-5. Это получилось частично. Вместе с тем, люльку и спусковой механизм пришлось сильно переделать. Что же касается верхнего и нижнего станка, то их пришлось делать заново. Система монтировалась на специальной тумбе, что обеспечивало наведение по горизонтали в пределах 30 градусов. Прикрывалась система массивной подвижной бронировкой, в передней части которой находился противовес. Ожидалось, что скорострельность орудия составил 15 выстрелов в минуту.

СУ-32 на заводских испытаниях, июль 1942 года.
СУ-32 на заводских испытаниях, июль 1942 года.
СУ-32 на заводских испытаниях, июль 1942 года.

Самым интересным в проекте ЗИК-7 оказалось письмо директора завода №7 Б.А. Фрадкина. В нем указывалось, что завод №37 уже приступил к изготовлению ЗИК-7, имелось в виду, разумеется, шасси "32". На самом деле тот же самый Фраткин запретил изготавливать с нуля детали для ЗИК-7, что во многом повлияло на судьбу проекта. Не помогли даже письма из ГАУ и НКВ, которые шли на завод №8 в июне и июле 1942 года. Таким образом, заводское КБ свою задачу выполнило, а заводское руководство откровенно саботировало работы. У Фраткина была своя правда: требовалось обеспечивать производство буксируемой и танковой артиллерии. На опытные работы времени уже не имелось. Таким образом сама по себе идея альтернативного орудия, которое бы не затрагивало завод №92, лишалась смысла.

Место механика-водителя сместили вправо.
Место механика-водителя сместили вправо.
Место механика-водителя сместили вправо.

В результате всего происходящего сложилась анекдотичная ситуация. Шасси "32" было готово в начале июня 1942 года, а системы для него не имело. В июле 1942 года деталями для ЗИК-7 загрузили завод №37. К тому моменту выпуск Т-60 на нем прекратили, поэтому шасси "32" становилось приоритетным. Тем более что вместо Т-60 в Свердловске предполагалось выпускать Т-70. Но подобная ситуация продолжалось всего несколько недель. 28 июля 1942 года Сталин подписал постановление ГКО №2120сс "Об организации производства танков Т-34 на Уралмашзаводе и заводе № 37 Наркомтанкопрома". Таким образом, с изготовлением деталей завод ЗИК-7 завод №37 мог уже не торопиться.

В отличие от ЗИК-7, расчет СУ-32 был уязвим от огня с кормы.
В отличие от ЗИК-7, расчет СУ-32 был уязвим от огня с кормы.
В отличие от ЗИК-7, расчет СУ-32 был уязвим от огня с кормы.

В попытке спасти положение КБ завода №8 подготовило упрощенный вариант системы, получивший обозначение ЗИК-7-II. Теперь люлька бралась без изменений от серийных ЗИС-5, имелись дополнительные элементы унификации. Панорамный прицел брался от 76-мм полковой пушки обр.1927 года, подъемный и поворотный механизмы заимствовались у серийной ЗИС-5. Более простой стала и бронировка маски, частично повторявшая форму бронировки ЗИС-5 для КВ-1. Главная проблема заключалась в том, что время уже ушло. Завод №37 теперь именовался заводом №50 и готовился выпускать Т-34. Дополнительное "веселье" случилось в сентябре 1942 года, когда из НКВ (Наркомат Вооружений) сообщили, что теперь надо проект переделать под шасси "31". На всякий пожарный, выпускать СУ-31 уже никто не собирался. Вишенкой на торте стало письмо председателя технического совета НКВ Э.А. Сателя, в котором он обвинил КБ завода №8 в имитации работы. Якобы проекты делались в стол. С учетом всего происходящего это письмо выглядело как минимум не очень красиво.

Перед отправкой в Москву машина получила трехцветный камуфляж.
Перед отправкой в Москву машина получила трехцветный камуфляж.
Перед отправкой в Москву машина получила трехцветный камуфляж.

Понимая, что работы по ЗИК-7 затягиваются, на заводе №37 решили пойти другим путем. Совместно с КБ УЗТМ был разработан запасной вариант БГС-5. На УЗТМ он получил обозначение У-32, работы шли под руководством Л.И. Горлицкого, ведущими инженерами являлись К.Н. Ильин и А.Н. Шляков. В основу был взят исходный проект БГС-5, но с 76-мм дивизионной пушкой ЗИС-3 в качестве вооружения. Рубку сделали более просторной, что позволило разместить те же 60 патронов к ЗИС-3, что и на ЗИК-7. Аналогичным образом крепилось и орудие. Для этого использовали тумбу. Правда, при этом имелся один нюанс. ЗИС-3 ставилась вместе с элементами лафета и фрагментами станин, из-за чего занимала внутри боевого отделения больше места.

Как показали испытания, машина перегревалась в ходе марша.
Как показали испытания, машина перегревалась в ходе марша.
Как показали испытания, машина перегревалась в ходе марша.

Окончательно машина, получившая обозначение СУ-32, была готова в июле 1942 года. По проекту толщина лобовой части корпуса и рубки достигала 35 мм, но опытный образец изготовили из конструкционной стали толщиной 15 мм. Поэтому на машину дополнительно установили балласт. С боевой массой машины, как и в случае с СУ-31, не угадали, но уже в лучшую сторону. Вместо 10,5 тонн масса составила 10 тонн. Помимо 76-мм орудия ЗИС-3, также имелось оборонительное вооружение в виде пулемета ДТ в шаровой установке. Его разместили в лобовой части корпуса, с правой стороны. Экипаж остался тот же, что и у ЗИК-7, то есть 3 человека. Отмечалось, что механик-водитель не изолирован от мотора и выхлопных газов.

Внутри боевого отделения
Внутри боевого отделения
Внутри боевого отделения

Первый этап испытаний СУ-32 прошел 18 августа 1942 года на Софринском Полигоне. Основным же местом испытаний стал филиал НИБТ Полигона в Кубинке (сам полигон осенью 1941 года эвакуировали под Казань). Всего в период с 21 августа по 3 сентября СУ-32 прошла 524 километра, из них 292 по шоссе и 197 км по проселку. Остальной километраж проходил по целине и в ходе специспытаний. Средняя скорость по шоссе составила 25,5 км/ч, по проселку 17,8 км/ч, максимальная же скорость составила 45 км/ч. В принципе, очень похоже на Т-70, но с рядом нюансов. Прежде всего, проблема заключалась в запредельной температуре в системе охлаждения. Она достигала 100 градусов для воды, а для масла - 110-120 градусов. Отмечалось неудобство работы с боекомплектом, недостаточная прочность тормозов, имелись проблемы с проходимостью на специспытаниях. Также отмечался разрыв гусеничных лент.

Опыт разработки СУ-32 далее был использован при создании СУ-12.
Опыт разработки СУ-32 далее был использован при создании СУ-12.
Опыт разработки СУ-32 далее был использован при создании СУ-12.

Часть недостатков, выявленных на СУ-32, не являлись чем-то новым. Недостаточная прочность траков являлась проблемой и на Т-70, да и система охлаждения машины не работала идеально. Собственно говоря, уже шли работы по модернизации ходовой части базового танка, с октября 1942 года его запустили в серию как Т-70Б. Другой вопрос, что в случае с самоходами имелась заинтересованная сторона. А именно С.А. Гинзбург. Как явный лоббист системы с параллельным расположением мотора, он сделал так, что СУ-31 признали оптимальным шасси. Впрочем, и этой машине не суждено было стать серийной. Завод №37 уже производил Т-34, так что новым местом разработки стал завод №38 (г. Киров), куда и направили разработки по обеим машинам. В результате родилась СУ-12, в которой совместили шасси на агрегатах Т-70Б и систему моторно-трансмиссионной группы от СУ-31.

Автор выражает признательность Сергею Агееву (г. Екатеринбург) за помощь в подготовке статьи и предоставленные материалы.

Список источников:

ЦАМО РФ

РГАСПИ

РГАЭ

Архив Сергея Агеева

Другие статьи по советским гусеничным САУ:

История создания легкой САУ СУ-31, разработанной на агрегатной базе Т-60

Проект легкой САУ ИС-10 от КБ завода №92

Модернизация СУ-76М завода №40 с крышей боевого отделения

Модернизация СУ-76М завода №40, принятая в серию

ЗУТ-37 и другие зенитные танки с авиационным вооружением, которые разрабатывались в 1942-43 годах

Развитие советских средних САУ в 1940-43 годах

У-20, проект истребителя танков на базе Т-34, разработанный на УЗТМ под руководством Ф.Ф. Петрова

Проекты самоходных артиллерийский установок ЗИК-10 и ЗИК-11, разработанных летом 1942 года КБ завода №8

Опытная штурмовая САУ У-35, прямой предок СУ-122

Опытная штурмовая САУ СГ-2, предок СУ-122, про которого предпочли забыть

Особенности производства СУ-122 летом 1943 года

Работы по модернизации самоходной артиллерийской установке СУ-85, проводившиеся под руководством Л.И. Горлицкого в 1943 году

Проект тяжелой, слишком тяжелой штурмовой самоходной артиллерийской установки У-19, разработанной в КБ УЗТМ

Проект установки 203-мм гаубицы У-3 на лафете МЛ-20 и САУ с той же системой

Из истории создания ИСУ-122