12 314 subscribers

Первый серийный Landsverk L-60

675 full reads
1,6k story viewsUnique page visitors
675 read the story to the endThat's 41% of the total page views
5 minutes — average reading time

Легкий танк Strv m/38, первый из серийных танков семейства Landsverk L-60

Ситуация в шведском танкостроении второй половины 30-х годов можно охарактеризовать двумя словами - "всё сложно". Пара Landsverk L-10/Landsverk L-30, работы по которым начались еще в 1931 году, показали себя неважно. Колесно-гусеничный Strv fm/31 откровенно разочаровал, впрочем, шведские военные изначально подозревали, что с ним будет беда. По этой причине данная машина с самого начала закупалась как тестовое шасси, а ставка делалась на Landsverk L-10, он же Strv m/31. Официально, кстати говоря, это был средний танк, так считали на Landsverk, да и средние танки с такой небольшой массой совсем не являлись чем-то диковинным в первой половине 30-х годов. Другое дело, что и Strv m/31 оказался не подарок. Ходовая часть танка выглядела откровенно устаревшей, кроме того, планетарная коробка передач вела себя весьма неважно. В результате данные танки годились разве что на роль учебных машин. О дальнейших закупках KAAD (Kungliga Arméförvaltningens Artilleridepartement, Департамент артиллерии королевской армии) даже и не думал.

Strv m/38 с регистрационным номером 77, последний серийный танк данного типа.
Strv m/38 с регистрационным номером 77, последний серийный танк данного типа.

С другой стороны, AB Landsverk, разработчик и производитель данных танков, развел бурную деятельность на ниве экспортного танкостроения. Отчасти это было связано с разработкой перспективных танков для немецкой армии (то, что немецкая GHH, владелец Landsverk с 1925 года, использовал свой шведский актив в данном качестве, к 1933 году было секретом полишинеля). Вместе с тем, именно немцев интересовали колесно-гусеничные танки, а вот чисто гусеничные машины предлагались на экспорт. KAAD эти работы не интересовали, ведь создавались машины не под их спецификации. Ситуация изменилась к осени 1935 года. В августе 1935 года состоялся первый показ Landsverk L-60, легкого экспортного танка, который заказала Ирландия. В сентябре второй образец машины посмотрела комиссия KAAD, а 17–20 июля 1936 года состоялся совместный пробег L-60 вместе с одним из Strv m/31. Выяснилось, что экспортный танк явно превосходит машину для шведских военных. Неудивительно, что в июле был заключен контакт на изготовление двух образцов L-60 для шведской королевской армии.

Этот танк стал первым реально крупным контрактом для Landsverk - 15 танков + доработанный опытный образец.
Этот танк стал первым реально крупным контрактом для Landsverk - 15 танков + доработанный опытный образец.

KAAD, который в 1937 году переименовали в KATD (Kungliga Arméförvaltningens Tygdepartement), по понятным причинам осторожничал. Там хотели обкатать новинку, прежде чем приступать к более активным действиям. По этой причине первый образец L-60 для шведской королевской армии изначально построили в виде шасси, в второй образец имел ряд отличий, и по корпусу, и по башне. Даже с вооружением изначально шведы не определились. Склонялись они к 37-мм танковой пушке Bofors, тем не менее, машину с регистрационным номером 62 (серийный номер Landsverk 104) оснастили 20-мм автоматической пушкой Madsen. Также отрабатывалась и система с возможностью отдельной наводки спаренного пулемета. Тем не менее, после испытаний, проходивших в период с 9 по 18 августа 1937 года стали очевидны две вещи. Первая - шведский вариант Landsverk L-60 состоялся. Вторая - вооружение в виде 37-мм пушки Bofors и спаренным с ним пулеметом ksp 8 mm m/36 strv более предпочтительное, нежели 20-мм автоматическая пушка Madsen. 10 сентября 1937 года с Landsvderk заключили договор №55215 на поставку 15 танков, получивших обозначение Landsverk L-60 S (в переписке KATD используется и L-60-S). Впрочем, одновременно появился еще один индекс - Strv m/38. Это был первый крупный контракт на поставку танков шведского производства. Одновременно шасси с регистрационным номером 61 переделывалось в головной Strv m/38.

Лобовая часть корпуса крепилась на болтах, так себе решение с точки зрения стойкости к попаданиям чего-то побольше пуль.
Лобовая часть корпуса крепилась на болтах, так себе решение с точки зрения стойкости к попаданиям чего-то побольше пуль.

Надо сказать, что этому договору предшествовала дискуссия в комитете по танкам, в которой находились главные действующие лица KAAD еще с конца 20-х годов. Это майор Йёста Братт, капитан Эрик Гиллнер и капитан Фале Бурман. Разговор, что характерно, шел по финансам. Дело в том, что одновременно с L-60 Landsverk продвигала и танкетку (малый танк) L-120, а бюджет у KATD был совсем не резиновый. Выдавалось им 4,5 миллиона шведских крон, и вписываться предстояло в них. Позже сумму скосили до 4 миллионов, так что выбирать стало еще сложнее. Поначалу речь шла о 50-52 танках, из которых на долю L-60 приходилось всего 8 штук, остальное L-120. Вариант так себе, особенно если учитывать, что L-120 закупался в пулеметном исполнении. Альтернативой выступало предложение о чехословацкой ČKD - танкетка AH-IV-Sv. Он была как минимум не хуже L-120, а цена гораздо интереснее - 45812 шведских крон. L-60 S обходился в сумму от 120528 до 140856 шведских крон. Это было существенно дороже Pz.Kpfw.II, при том, что L-60 S фактически приходился прямым аналогом этому танку. Правда, при этом шведы в сумму вписывали не только вооружение, но и боеприпасы. Рассматривался вопрос о закупке 20 L-60 S, но тогда танкеток закупали 35 штук. В результате выбрали 46 чехословацких танкеток и 15 шведских легких танков. Выиграли от этого все, включая и шведов, ведь Strv m/37, так именовалась танкетка AH-IV-Sv, собиралась на мощностях Ackumulator AB Jungner из Оскарсхамна. Кстати, Бурман имел к этому заводу прямое отношение.

Вместо тросов шведы использовали цепи.
Вместо тросов шведы использовали цепи.

Финальная конфигурация шасси стала отчасти возвращением к решениям, которые обкатали на австрийском L-60. От больших воздухозаборников системы охлаждения тормозов, которыми щеголял танк №62 отказались. Вместе с тем, лобовая часть корпуса так и осталась весьма специфичной. Переднее расположение трансмиссии несло не только плюсы, но и минусы, одним из главных являлся затрудненный доступ к ее элементам и сложный демонтаж. Немцы решили данный вопрос съемной подбашенной коробкой, Отто Меркер и его последователи подошли к решению проблемы иначе. Верхняя и лобовая деталь корпуса и секция за ней крепились на болтах. Чтобы их снять, к слову, надо было сначала демонтировать передние секции крыльев. Сама по себе идея делать съемной деталь, куда прилетал основной объем вражеских боеприпасов, выглядела так себе. Впрочем, поначалу там всё равно было 13 мм брони, причем под углом наклона 62 градуса. Для защиты от пуль винтовочного калибра этого вполне хватало. Конечно, можно посетовать на то, что к 1938 году, когда начались поставки данных танков, в других странах мира на легких танках планировали броню до 25-30 мм, но так было не везде. Те же немцы на легких танках ставили броню толщиной 14,5 мм, а Pz.Kpfw.II Ausf.D с 30-мм лбом по-настоящему массовым так и не стал. Правда, немцы не втыкали прямо по центру верхней лобовой детали корпуса фару. Это стало визитной карточкой танков семейства Landsverk L-60.

Конфигурация серийного Landsverk L-60 S.
Конфигурация серийного Landsverk L-60 S.

Чего у шведского танка не отнять, так это очень грамотной проработки места механика-водителя. Такого уровня обзорности с места механика-водителя не было тогда ни у одного другого танка. Для обеспечения хороших условий работы была сделана рубка, у которой установили люк, в походном положении приподнимающийся чуть вверх и уходящий по дуге вправо. Благодаря этому в походном положении механик-водитель ехал, высунув голову из проема, тем самым обеспечивалась очень хорошая обзорность. Впрочем, и в боевом положении было грех жаловаться на недостаток обзорности. Помимо передней смотровой щели, в распоряжении механика-водителя имелось 4 перископических прибора наблюдения. Такого в то время не было ни на одном танке. Изначально вместо рычагов механик-водитель управлял машиной при помощи рулевого колеса. На тот момент это считалось более удобным с точки зрения обеспечении точного управления. Что же касается подвижности, то серийный Strv m/38 был равнозначен опытным танкам. За счет 142-сильного мотора Scania-Vabis typ 1664 обеспечивалась удельная мощность почти 16,5 л.с. на тонну. Для танка подобного класса вполне достаточный показатель.

Открытый лючок резервного прицела.
Открытый лючок резервного прицела.

Можно похвалить конструкторов Landsverk и за боевое отделение. Диаметр башенного погона в свету был чуть меньше 1300 мм, для двухместной башни это весьма приличный показатель. Впрочем, дело не только в башенном погоне. По сравнению с исходной башней L-60 провели большой объем работы по улучшению обзорности. Одним из результатов данной работы стала смотровая башенка для командира, который совмещал функции заряжающего. За командиром размещалась радиостанция, пользоваться ей было вполне удобно. Также провели работу по смотровым приборам в бортах башни, их конструкцию улучшили. На серийном танке вернулись к традиционной для Landsverk орудийной установке. Традиционно использовался и перископический прицел немецкого происхождения - T.W.Z.F.1.C производства Karl Zeiss. Как запасной вариант имелся прицел, установленный на спаренном пулемете. В случае его необходимости открывалось специальное окошко в подвижной бронировке орудийной маски. Также стоит отметить очень удобное расположение боекомплекта и очень удачные сиденья для расчета башни. Надо сказать, что такой уровня удобства работы, как в боевом отделении Strv m/38, тогда было редким явлением.

Колонная танков из состава I 2, лето 1939 года.
Колонная танков из состава I 2, лето 1939 года.

Первые Strv m/38 стали поступать в шведскую королевскую армию 25 августа 1938 года. Данные машины имели регистрационные номера в промежутке 63-77. На момент появления это были одни из лучших легких танков, правда, сами шведы скорее метили в ту же категорию, что и Strv m/31. По крайней мере, тактически они занимали скорее нишу среднего танка, хотя на самом деле их реальные аналоги - это Pz.Kpfw.II, LT vz.35, LT vz.38, Renault R 35 и Т-26, а также американские легкие танки. На 1938 год, по сочетанию характеристик, лучше шведской машины были только чехословацкие танки. Остальные проигрывали либо по вооружению, либо по подвижности, либо по обзорности, либо по всему сразу. Причем хуже всего дела обстояли у Pz.Kpfw.II. Надо еще упомянуть один забавный факт. Те самые чехословацкие легкие танки, которые оказались наиболее близки по ТТХ к Strv m/38, немцами применялись как эрзац-средние. Превосходили они шведа по броневой защите, плюс в отделении управления сидело двое человек (у немцев, а вот в чехословацкой армии экипаж танков был не 4, а 3 человека), но для 37-мм танковой пушки Bofors m/38 что 15, что 25 мм были равнозначными.

Этот же полк в ходе тактических учений.
Этот же полк в ходе тактических учений.

Производство Strv m/38 было весьма неспешным. Последний танк данного Landsverk отгрузил в марте 1939 года. Впрочем, для предприятия из Ландскруны это был первый такой серьёзный заказ. Первым получателем новых танков стал Готаландский лейб-гвардейский пехотный полк (Göta livgarde, I 2), туда же направлялись и первые Strv m/37. Там они поступили на вооружение танкового батальона (Strvbat I 2 S). Поступление новой матчасти позволило, наконец, укомплектовать полк принципиально новой матчастью, которую ждали столько времени. Случилось это в момент, когда ситуация в Европе стала стремительно накаляться. Уже случился аншлюс Австрии, на карте мира пропала Чехословакия, а до начала Второй мировой войны оставалось совсем немного. В таких условиях прошли первые маневры в участием Strv m/38. Были они, скорее, заявкой на наличие у Швеции новых танков. На практике шведское правительство упорно не хотело тратить деньги на выпуск новых танков, опираясь на политику нейтралитета. Дальнейшие события показали, что нейтралитет более эффективен с наличием современной армии.

Учения были не более чем демонстрацией силы в условиях начинающейся Второй мировой войны.
Учения были не более чем демонстрацией силы в условиях начинающейся Второй мировой войны.

Шведы весьма активно принимали участие в советско-финской войне. Официально там сражались добровольцы, но на практике Швеция поставила и довольно большой объем вооружения. Танков среди них не имелось, но на этом фоне прошли учения с применением танков. Впрочем, реально пока показывать шведской королевской армии было нечего. Даже советско-финская война не особо способствовала финансированию работ по насыщению армии танками. Посему до осени 1940 года Strv m/38 оставался единственным современным типом шведского танка с пушечным вооружением. Одним словом, если бы не уступки по отношению к немецкой стороне, Швеция вполне могла разделить судьбу соседей.

Маневры февраля 1940 года, проходившие на фоне советско-финской войны.
Маневры февраля 1940 года, проходившие на фоне советско-финской войны.

Надо сказать, что в I 2 танки не задержались. 30 сентября 1939 года прошли реформы, в результате которой I 2 прекратил своё существование в текущем виде. По этой причине танковый батальон оказался в составе Скараборгского пехотного полка (Skaraborgs regemente, I 9), дислоцированного в Шёвде. Еще 8 Strv m/38 попало в состав Сёдерманландского пехотного полка (Södermanlands regemente, I 10), который дислоцировался в Стренгнесе. Там также сформировали танковый батальон, укомплектованный Strv m/38 и Strv m/39. В дальнейшем, по мере поступления в шведскую королевскую армию новых образцов бронетанковой техники, появилась возможность превращения этих частей из пехотных в танковые. Случилось это в 1942 году: I 9 превратился в Скараборгский танковый полк (Skaraborgs pansarregemente, P 4), а I 10 - в Сёдерманландский танковый полк (Södermanlands pansarregemente, P 3).

Учения августа 1940 года. К тому моменту Швеция оказалась единственной страной региона, которая избежала войны.
Учения августа 1940 года. К тому моменту Швеция оказалась единственной страной региона, которая избежала войны.

Дальнейшего производства Strv m/38 не случилось. По опыту эксплуатации данных машин силами I 2 еще осенью 1939 года появился список необходимых доработок, касалось это, в том числе, и вооружения. В результате договор с Landsverk на выпуск 20 танков, подписанный 19 декабря 1939 года, подразумевал уже немного другую машину. Она получила обозначение Strv m/39. Это, впрочем, совсем не означало, что карьера Strv m/38 будет короткой. Брать шведам танки было особо неоткуда, а любая боевая машина оказалась на счету. Поэтому служба у первого плюс-минус крупносерийного шведского танка оказалась долгой. В ходе эксплуатации танк постепенно менял внешний вид, в частности, на кормовом листе корпуса появились крепления под запасные траки. Также вместо рулевого колеса ввели привычные рычаги.

Начало 1941 года, только к этому моменту Styrv m/38 перестал быть единственным массовым шведским пушечным танком.
Начало 1941 года, только к этому моменту Styrv m/38 перестал быть единственным массовым шведским пушечным танком.

Не сильно изменилась ситуация и после окончания Второй мировой войны. Большие амбиции шведской королевской армии разбились об неспособность остановиться с точки зрения тактико-технических требований. Результатом стала комичная ситуация, когда к середине 50-х шведы продолжали служить на танках, выпущенных еще в конце 30-х. Из 16 Strv m/38 10 машин, с регистрационными номерами 63, 64, 66, 67, 68, 70, 71, 74, 75 и 76, служили в составе Сканского кавалерийского полка (Skånska kavalleriregementet, K 2), который дислоцировался в Хельсингборге. Окончательно их оттуда списали только в 1957 году. При этом два танка, №63 (первый серийный) и №66, дожили до наших дней. Машина №66 находится в танковом музее Arsenalen, чьи запасники являются бывшими боксами P 3 (он же P 10), а танк №63 хранится в военном музее города Хеслехольм. Там, кстати говоря, тоже ранее был танковый полк - P 2.

Где-то под Стренгнесом, начало 1942 года. Пока еще в составе I 10, спустя короткое время полк переформировали в P 3.
Где-то под Стренгнесом, начало 1942 года. Пока еще в составе I 10, спустя короткое время полк переформировали в P 3.

В заключение стоит сказать, что первый более-менее серийный шведский танк получился вполне удачной боевой машиной и стал родоначальником большого семейства. На тот момент это был один из лучших танков в своём классе. Вместе с тем, в случае реальной войны 15 таких танков явно ничего бы существенного сделать не могли. Главным оружием Швеции стала гибкая дипломатия и демонстрация нейтралитета. Сработали они на порядок лучше, чем танки. Танки шведам понадобились позже, и тоже в рамках дипломатии.

Автор выражает большую признательность Карлу Бломстеру, Швеция, за помощь в подготовке материала и предоставленные иллюстрации.

Список источников:

Архив Карла Бломстера

www.ointres.se/pansar.htm

Landsverk L-60, Christer Baadstöe, PANSAR 1–2013, 2–2013

Другие статьи по шведской бронетехнике:

Активность шведских закупочных комиссий в 1930-31 гг по бронетанковой технике

Английские танкетки Carden-Loyd Mk.VI в шведской армии

История колесно-гусеничного шведского танка Landsverk L-30 (Strv fm/31), имевшего немецкие корни

Landsverk 10, он же Strv m/31, первый шведский танк собственной разработки, выпущенный условной серией

Landverk L-60, первый танк с торсионной подвеской, ставший одновременно и первым шведским экспортным танком

История создания Landsverk L-60 S, опытных образцов танка для шведской армии, а также всех их метаморфоз

История разработки Strv K, попытки создать шведско-английский танк с шасси Krv и башней Centurion Mk.10