Аудиосказка "Безнадёжно?" (с текстом)

Иллюстрация – Александра Ивойлова
Иллюстрация – Александра Ивойлова
Иллюстрация – Александра Ивойлова

У Юли была строгая учительница музыки.

Вернее, не строгая — она была несчастная. Но это Юля поняла гораздо позже. А сначала Юля была уверена, что злее этой учительницы даже быть не может. Нет, она не била её по рукам линейкой, как жаловались многие подружки по музыкальной школе, не кричала, не задавала выучить непосильное количество этюдов к следующему уроку. Просто каждый раз, когда после занятия за Юлей приходили папа или мама, учительница встречала их усталой улыбкой, простирала руку в том направлении, где девочка, сгорбившись, торопливо собирала ноты, и роняла всего одну лишь тихую фразу: «Безнадёжно…»

Родители после этого мрачнели и, уводя Юлю из класса, внушали ей, что музыка — это труд, а Юля — халтурщица, потому что сколько часов она вчера занималась? Правильно, полтора. А два — это жестокий минимум, если она хочет чего-нибудь добиться.
Хотела ли Юля чего-нибудь добиться, она не знала. Она знала, что очень хотела домой: пока не совсем стемнело, можно было ещё немножко поклеить любимый сказочный замок.

Замок был её тайной, секретом, страстью, радостью, гордостью, тревогой, страхом, страданием — всем.Папа, приехав из заграничной командировки, привёз ей и маме кучу подарков. Но он бы, наверное, удивился и, может быть, даже обиделся бы, если б ему сказали, какой подарок Юля считала главным. Это был набор для творчества — на трёх листах разноцветного картона были прорисованы очертания какого-то сооружения. Вообще-то она терпеть не могла разбираться в схемах, считала это не девчачьим делом и никогда раньше за такое не бралась. Но тут с самого начала что-то пошло не так. Недавно ли прочитанная сказка про оловянного солдатика была тому причиной или что-то другое — неизвестно, но неожиданно стало понятно, что ещё ничего на свете она не хотела так, как построить этот замок.

И Юля начала возиться с твёрдыми листами картона, орудовать неповоротливыми ножницами, подбирать одни крохотные детали к другим, приклеивать хрупкую фольгу к грубым картонным рамкам — одним словом, мучиться и радоваться одновременно. За этим занятием она провела уже не одну неделю, и до завершения оставалось чуть-чуть: ей хотелось сделать так, чтобы в окнах замка вечерами зажигались огни.

Как добиться этого, она не знала. Но потом её осенило — надо застеклить узкие окошки разноцветными стёклышками и найти миниатюрный ночничок, который можно было бы вставить в середину всей конструкции. Стёклышки Юля выменяла у одноклассницы Нины на бабушкин китайский веер. Дело оставалось за ночником.

Хитростью ей удалось убедить родителей в том, что ей надо оставаться в школе после уроков целых три дня подряд. Повезло почти сразу — нужный крохотный ночничок нашёлся в соседнем магазине сувениров к вечеру первого же дня поисков. Но деньги!..

Ночник стоил втрое больше, чем ей удалось накопить. Юля стояла перед витриной, а в глазах у неё стояли слёзы. Значит, в замке не будут загораться окна. И там не будет балов и турниров, и вообще ничего-ничего не будет.

— Что ты здесь делаешь? И почему ты вся заплаканная? Тебя кто-то обидел? — перед Юлей стояла нелюбимая учительница музыки. — Может быть, я могу тебе помочь?

Юля посмотрела на неё с опаской. Однако учительница выглядела действительно встревоженной, и не было похоже, чтобы она шутила. В приступе отваги и отчаяния, который хотя бы раз в жизни случается с каждым ребёнком, девочка утвердительно кивнула.

— Можете, Анна Дмитриевна, — ответила она. — Мне позарез нужно восемьсот рублей.

— Восемьсот рублей? — растерялась учительница. — Ну конечно, вот, возьми… А зачем тебе? Это же большие деньги для ребёнка… Но возьми, возьми, потом отдашь. — Она протянула купюры.

Юля схватила их, неожиданно для себя самой прыгнула на шею учительнице, поцеловала в щёку и, зажав деньги в кулаке, ворвалась в магазин. До закрытия оставалось пятнадцать минут.

Домой она прибежала как раз вовремя для того, чтобы успеть сделать вид, будто она уже давно разучивает этюды. И действительно просидела за ними весь вечер — ровно до того момента, когда в коридоре раздался телефонный звонок. Чутьё подсказало ей, что телефон звонит не просто так, и ей лучше поскорее удалиться к себе в комнату. Тихой мышкой она скрылась за своей дверью. Чуть-чуть подождала, прислушалась — в квартире было спокойно. Тогда, немножко переведя дух, она достала из сумки своё прекрасное приобретение.

Несколько минут ушло на то, чтобы поместить светильник в самый центр замка, за окошками из цветных стёклышек. Затем Юля взялась за вилку ночника, включила его в розетку и потянулась к кнопочке, но зажечь не успела. На улице что-то сверкнуло, грохнуло, от порыва ветра распахнулась форточка, и откуда-то снизу донёсся злой голос:

— Чтоб вы все пропали! Опять гроза, и света не будет!

А вслед за этим открылась дверь детской. На пороге стояла мама со свечой, за ней — папа, и где-то уже совсем в тени угадывалась Анна Дмитриевна.

— Юля! — сказала мама тихо, но было известно, что предвещает этот тихий голос. Предвещал он грозу — пострашнее той, что за окном.

— Юля! — повторила мама. — Ты не могла бы объяснить, зачем тебе понадобилось брать деньги у Анны Дмитриевны? Нас всех волнует этот вопрос.

Юля молчала, опустив голову, поклявшись себе, что не признается ни за что. Она не расстанется с ночничком! Замок не виноват в её трудностях. Он уже живёт, и значит, вечерами в нём должны гореть окна. Должны — и всё тут!

В комнате повисло молчание, прерываемое только хлопками полураскрытой форточки и зарницами с улицы. Казалось, время и мир вокруг замерли. Но вдруг случилось что-то крайне странное. На улице снова громыхнуло, сверкнула очередная зарница, и — непонятно, как! — в замке сами собой зажглись окна.

— Ой! — воскликнула Анна Дмитриевна, делая шаг в сторону. — Какая неописуемая красота! Юлечка, ты это сама сделала?

Юля молча кивнула, не поднимая взгляда.

— Боже мой! — произнесла Анна Дмитриевна дрожащим голосом, чуть не со слезами, — да у тебя же талант! К чему тебе гаммы, если ты умеешь создавать волшебство совсем другого рода? — И задумчиво, едва слышно пробормотала, видимо, уже самой себе:

— Если б я в детстве знала точно, где мой талант, может быть, вся жизнь пошла бы по-другому…

Все помолчали. Юля смущённо подняла голову, осмотрелась, а потом вдруг подбежала к Анне Дмитриевне, обняла её и горячо зашептала:

— Нет, я буду учить этюды, буду! А то как же замок без музыки? На балах обязательно должна звучать музыка!

В комнате по-прежнему было очень тихо, и мама по-прежнему пристально смотрела на Юлю. Но это был совсем другой взгляд. Мамины глаза улыбались, и в них блестели отсветы огоньков, игравших в разноцветных окошках замка, где как раз в этот момент начинался то ли бал, то ли турнир.

Аудиоверсия сказки Ирины Вайсерберг.

Иллюстрация - Александра Ивойлова.

Текст читает Роман Кулешов.

Трек доступен в формате МР3.

Также текст можно прочитать на стр. 43-47 сборника "Заповедник Сказок-2015".

Сообщество "Заповедник Сказок" – творчество нескучных.

Если вам понравилось творчество, то, как говорится, подписывайтесь на канал, ставьте лайки и делитесь с друзьями. :)
Ваше внимание очень важно для меня. Если есть вопросы - добро пожаловать в комментарии, ни один из них не останется не замеченным.
До новых встреч с Фонотекой Заповедника Сказок!
Также обратите внимание на то, чем горжусь:
Аудиосказка "Мороженое"
Аудиосказка "Объект "БАБАЯГА" или Укрощение строптивых"
Сказка "Доисторическое интервью"