Первый опыт любви на последний звонок.

Весь одиннадцатый класс мне эта гадина одни трояки ставила. Вызовет к доске, даже вопросы не задаёт, говорит, что кроме как тряпку помыть и доску протереть я больше ничего не умею. Ну вот, на последний звонок я ей доску и протёр.

Нина Ивановна со своей химией меня с седьмого класса доставала. Начиная с таблицы Менделеева, понял что химик из меня никакой. Каждую четверть исправлял двойки рефератами и кое-как вытягивал из неё удовлетворительно. Реакции все эти, валентности и молекулярные связи. Нина Ивановна ещё тогда говорила, что я ей как ученик нравлюсь, но пока между нами будет химия стоять, хорошистом мне не быть.

Таких любимчиков у неё больше не было, всем в классе четверки с пятерками ставила авансом. Меня же и на рефераты напрячь успевала, и на все праздники, я как прокажённый с этими дебильными мимозами и открытками именно к ней бегал в препараторскую. Сидит, смотрит на меня нарядного, дым сигаретный в окно выдыхает и смеётся. Такой я ее все пять лет и знаю.

На последний звонок, перед выпускным и экзаменами я тоже не собирался креативить. Стандартный букет - астры с клумбы у подъезда, открытка прошлогодняя со стишком про «учат в школе», иду вымаливать легкой сдачи последнего экзамена по химии.

Нина Ивановна все там же. Курит. Смеётся. «Ладно!» - говорит, «ты, Белоусов, взрослый уже, а не соображаешь не только в химии. Пора тебя во взрослую жизнь выпускать.» И выпустила. После такого практического занятия в лаборантской я мужчиной и стал. По экзамену получил «отлично». А последний звонок вообще ничем не запомнился.