Как экономический кризис помог нацистам прийти к власти в Германии

Несмотря на все усилия Гитлера, в условиях экономической стабилизации шансов у его партии не было. Только разразившийся в 1929 году новый экономический кризис дал нацистам возможность взять власть в свои руки.

Первые симптомы надвигающейся экономической катастрофы появились уже во второй половине 1928 года. К середине 29-го в Германии прекратился рост промышленного производства, а спустя еще несколько месяцев начался стремительный спад. Количество безработных росло в геометрической прогрессии, и концу года их число превысило 3,5 миллионов. Естественно, такое положение взрыв общественного недовольства существующим политическим режимом и резко увеличило количество сторонников радикальных партий: нацистов и коммунистов.

Миллионы людей в течении несколько месяцев превратились в нищих, которым терять было больше нечего, и над их головами звенел срывающийся в истерику голос Гитлера: «Мы снова начинаем борьбу своими испытанными методами и говорим: Атаковать! Атаковать! Атаковать снова и снова! Если кто-то скажет: ну не могут же они еще раз... то я говорю: Я могу не только еще раз, я могу еще десять раз!»

Первую атаку на республиканский строй Гитлер начал летом 1929 года. В связи с развивающимся кризисом план Дауэса перестал работать, и союзные державы разработали новый метод выколачивания репарационных платежей из Германии. Составленный американским банкиром Юнгом, новый репарационный план отменял контроль над некоторыми областями немецкой экономики и ограничивал годовые платежи, однако растягивал срок их выплаты до 1988 года. Борьбу против этого плана и репараций вообще возглавил Альфред Гугенберг, ставший в 1928 году негласным руководителем Немецкой национальной народной партии (ДНФП), имевшей собственную военизированную организацию «Стальной шлем». Он решил пойти на союз с Гитлером, поскольку считал фюрера всего лишь талантливым агитатором, который способен привлечь широкие массы на сторону консерваторов, замкнувшихся в чувстве собственного социального превосходства.

Гугенберг и Гитлер
Гугенберг и Гитлер

ДНФП располагала весьма солидной материальной базой (в прошлом Гугенберг был генеральным директором у Круппа, а теперь сам владел гигантским концерном, в который были объединены информационные агентства, газеты, киностудия и многое другое), поэтому Гитлер принял предложение. Соратникам же по партии он объяснил, что «союз с Национальной партией нужен потому, что в этой борьбе мы сможем использовать их богатые денежные источники. Черпая из них, мы в то же время должны вести борьбу так, как если бы она была нашим и только нашим делом».

Сблокировавшись с консерваторами, фюрер решил как плющ обвить могучий, но порядком подряхлевший имперский дуб, чтобы высосать из него все соки, а затем отбросить прочь ставшую бесполезной трухлявую колоду. В июле 1929 года Гугенберг и Гитлер образовали Имперский комитет за народный опрос, целью которого стало проведение плебисцита по вопросу о принятии плана Юнга. После этого НСДАП начала широкую пропагандистскую компанию, превратил агитацию против нового репарационного плана в шумное судилище над политической системой Веймарской республики.

Впервые после 1923 года по кровеносным сосудам нацисткой партии широким и бурным потоком потекли деньги, результаты чего не заставили себя долго ждать. На выборах в ландтаги, состоявшиеся осенью 29-го года, национал-социалисты смогли провести своих представителей в земельные парламенты Бадена, Гессена, Берлина, Саксонии и Мекленбург-Шверине. Более того, в Кобурге к власти пришел их бургомистр, а в Тюрингии нацист Фрик стал министром внутренних дел. По сравнению с 1928 году численность партии возросла почти вдвое. А тем временем экономический кризис только набирал обороты.

В сентябре 1929 года Гитлер и Гугенберг внести на рассмотрение в Рейхстаг проект закона «Против порабощения германского народа», предлагавший немедленно отказаться от выплаты репарационных платежей, а также привлечь к ответственности канцлера и кабинет министров, если они и впредь будут выполнять условия Версальского договора. Проект был отклонен парламентом, после чего 22 декабря его вынесли на всенародный референдум, который закончился поражением НСДАП и ДНФП.

Но, несмотря на это, созданная нацистами обстановка истерии пошла на пользу движению. НСДАП использовала собрания сторонников плебисцита для агитации и вербовки сторонников, увеличивая свои ряды. А после кризиса на нью-йоркской фондовой бирже и краха мировой финансовой системы люди сами пошли в НСДАП. Теперь Гугенберг Гитлеру был больше не нужен, и фюрер без тени сожаления порвал со своим союзником, обозвав его «капиталистической свиньей».

В течении 1930 года экономика Германии вошла в состояние полного коллапса. Производство и размеры заработной платы падали, а инфляция и безработица росли. Покупательская способность горожан резко сократилась, что вызвало невиданный по своим масштабам аграрный кризис. Жизнь становилась все тяжелее, и существующее правительство социал-демократов во главе с Германом Мюллером не могло предложить выхода из создавшейся ситуации. В итоге тяжелобольной Мюллер подал в отставку, и новое правительство президент Гинденбург поручил сформировать консерватору Генриху Брюнингу, который был назначен рейхсканцлером практически насильно и должен был выходить из кризиса за счет сокращения размеров заработных план и урезания расходов на социальные нужды.

В августе 1930 года Брюнинг был вынужден ввести в стране чрезвычайное положение и распустить Рейхстаг. 14 сентября состоялись новые выборы, которые стали первым предсмертным хрипом Веймарской республики – нацисты получили 107 мандатов (6,4 миллиона голосов избирателей) и стали второй по величине фракцией в Рейхстаге. Теперь они уступали только социал-демократам. Адольф Гитлер в одночасье превратился в одну из ключевых фигур на политической сцене и прорвался в преддверье власти. Иностранные инвесторы начала изымать свой капитал из немецкой экономики, что еще более утяжелило кризис. Закономерный результатом этого стал всплеск интереса к нацисткой партии и новый скачек в росте ее членов – 100 тысяч человек за последовавшие после выборов два месяца. Членство в НСДАП стало «модным».

Нацистская фракция в Рейхстаге делала все, чтобы до конца дискредитировать не способный справиться с кризисом парламент, и фактически блокировали его работу. Против 107 депутатов от НСДАП было внесено более 400 жалоб на непарламентское поведения: крики, шум и ругань стали обычным явлением в зале заседаний. Когда же в феврале 1931 года был принял закон об ограничении депутатской неприкосновенности, нацисты, как и коммунисты, демонстративно ушли из Рейхстага. Общая же обстановка по-прежнему способствовала росту популярности НСДАП.

В начале 31-го года Германия и Австрия заключили двустороннее таможенное соглашение, чтобы прекратить торговую войну и хоть как-то облегчить свое положение. Однако Франция, усмотрев в этом попытку нарушить Версальский договор, предъявила к оплате в Германии и Австрии свои краткосрочные векселя и полностью парализовала банковскую систему обеих стран. В июне рухнул один из крупнейших немецкий банков: Дармштадский национальный банк, что еще сильнее усугубило финансовый кризис. Мероприятия Брюнинга по увеличению налогов и снижения расходов на социальную сферу не могли остановить инфляцию и кризис. Через несколько месяцев под злорадные усмешки Гитлера правительство было вынуждено отказаться от таможенного союза с Австрией. Однако, когда Брюнинг попросил союзные власти отложить на год выплату репарационных платежей, Франция медлила с ответом до тех пор, пока целая череда банкротств в Германии не сняла вопрос о каких-либо выплатах с повестки дня. Престиж правительства упал до нуля, а его тщетные попытки добиться понимания у иностранных кредиторов только веселили Гитлера и его сподвижников – время работало на них.