Была такая девочка.

Она была очень хорошенькая. Ее белокурые волосы заплетены в две косички, а выбивающиеся прядки обрамляют красивое личико. С ней хотели дружить все девочки. Она была веселая и добрая. И в садике и в начальных классах школы у нее было много подружек, они приходили в гости, играли вместе во дворе и всегда приглашали ее на свои дни рождения.

Воспитывала Аню мама одна. Мать была довольно женственна и потому требовала от дочери помощи и поддержки не только в быту, но и в жизненно важных вопросах. Еще она пила. Не запойно, но часто. Аня привыкла ухаживать за матерью, накрывать на стол, мыть пол, стирать и гладить белье, подавать чай ей и ее приятельницам. Незаметно, она стала не только помощницей, но и главой семьи. Ей приходилось выпроваживать мужиков из квартиры, прогонять пьяных гостей и во всем контролировать свою непутевую мать.

И как-то незаметно внешность Ани стала терять милые черты и приобретать более мужественный образ. Свои волосы Анька остригла, чтобы материны мужики не хватали ее за косы. Фигура приобрела грузность и реальную физическую силу. Подбородок вытянулся вперед, глазки стали маленькими, отчего ее внешность приобрела угрожающий вид. Конечно, круг общения у нее тоже поменялся. Нет, мальчики не спешили общаться с Анькой, а девочки стали откровенно сторониться. Периодически появлялись у нее дома одноклассницы, которым она носила портфели и отбивалась за них от стаи подростков, а позже и взрослых парней. О ней стала ходить слава девушки с нетрадиционной сексуальной ориентацией, но ее подруги это категорически отрицали. Хотя размолвки между ними очень напоминали характерные ссоры настоящих парочек. А мать, ужасаясь трансформации внешности своей единственной дочери, все также вела себя нарочито женственно и истерично, и поручила подросшей Аньке возить ее на работу, при условии, что все будут думать, что она ее личный водитель. Или он. Тут, кому, что в голову взбредет.

Кто знал Аньку в детстве, не мог поверить, что внешность настолько может поменяться, от прежних черт милой девчушки не осталось и следа. Мужик с грудью пятого размера, зычным смехом, дворовыми замашками и женским именем. И постоянное чувство обиды и злости на весь мир. Могло ли материнское воспитание превратить девочку в мужика, остается загадкой. А ведь была такая девочка!