Дихотомия - принцип баланса мира.

Добро и зло.

Ее папа был злым. Очень злым. Он бил ее мать, бил ее. Пил и сквернословил. Жизнь матери была похожа на ад. Страх сковывал ее сердечко, когда она слышала его шаги за дверью. Настолько сильно она боялась своего папу, что не могла пошевелиться, когда он орал не нее. Тогда он начинал бить ее. Он старался ударить по голове, там не видно было ни шишек, ни синяков. Он бил рукой наотмашь так, что она летела в другой конец комнаты. Он ненавидел свою семью и нуждался в них. Нуждался, чтобы вымещать свою злобу. Он не считал, что делает что-то не так, скорее он был уверен в том, что они заслужили своей неидеальностью в его глазах, наказание. Она с мамой мечтала, чтобы он был пьяным, в стельку. Чтобы лежал у луже собственной блевотины и никого не трогал. Они обе готовы были составлять ему компанию, когда он пил, только бы он не прекращал и допился до отключки. А мама была очень добрая женщина, ее все любили. Особенно дочь. Она искала спасение в матери. Мать боялась отца сильнее, чем дочь и мастерски скрывала появившуюся хромоту, синяки под глазами и вырванные клочья волос. Дочь оберегала свою маму, успокаивала ее и утешала. Доброта незаметно погибала под силой злости. Злость уничтожала ее, но она продолжала жить в их душах. До самого конца.

Тепло и холод.

В его глазах было настоящее тепло. Оно физически согревало. От его взгляда становилось теплее. Все плохое сразу забывалось, когда дети смотрели ему в глаза. Они очень ждали папу. Им было жаль, что они не могут видеть его каждый день. Они еще не осознавали, но им не нравилось, что родители больше не живут вместе. Встречая после разлуки своего папу, они не отпускали его рук, все время гладили их, тянулись к нему и пристально смотрели в глаза, дарящие любовь и тепло. Потом приходила их мама, не глядя на папу, она брала из его рук деньги и подарки для детей. Она смотрела так холодно, что дети испуганно жались к отцу и почему-то не хотели покидать его. Ей было плевать на детей, но ей нужны были деньги и она, холодно бросив взгляд в их сторону, злобно шипела: «Пошли». Когда пришло время, и ее глаза навсегда закрылись, уже взрослые дети также холодно смотрели на нее, одиноко лежащую на своем последнем ложе. В них тоже не было тепла. Тепла для нее.

Любовь и ненависть.

Нежная девушка полюбила парня. Сильно, по-настоящему, от всей души. Она желала ему счастья и была послушной. Она боготворила его и мечтала о долгой жизни с ним рядом. Она готова была на любые жертвы ради него. Она даже не требовала взаимности от него, только бы он был рядом, только бы позволял ей быть рядом. Он хотел царить в ее сердце единолично, ни с кем ее не деля. Поэтому он запретил ей рожать его детей. И девушка делала аборт пять раз. Пять раз ей приходилось избавляться от своих детей. Пять раз она проклинала несправедливую судьбу, пытаясь заглушить боль утраты. Но девушка продолжала любить своего парня, парня потому, что он так и не стал ее мужем. Когда она пропустила момент, чтобы успеть сделать очередной аборт, он сказал, что уходит от нее. Тогда она решила, что ребенок стал виной тому. И она пошла к парню, чтобы доказать, что все еще любит его и все также готова на любые жертвы. Она застала его в компании с другой женщиной. Она была в бешенстве и ненависть застила ей глаза также плотно, как еще несколько мгновений, застилала любовь. Утечку газа назвали причиной возникшего пожара, погубившего четверых людей. И любовь сгорела в том огне. Сгорела вместе с ненавистью, вспыхнувшей в любящей, но не любимой девушки.