Залюбленный сын.

Милана одна воспитывает пятилетнего сына Стасика. С мужем она развелась два с половиной года назад, но и тогда, во время совместного проживания с отцом ребенка, ни мужа, ни отца фактически не было. Он работал по вахтам, уезжая на месяц на работу, а по приезду почти не выходил из запоев. В те редкие моменты, когда бывший муж Миланы трезвел, он бросался на нее с кулаками и норовил лишить ее глаз, точно посылая удары в цель. Она постоянно ходила с красными воспаленными глазами, объясняя это родственникам последствиями сезонной и межсезонной аллергии. В очередной раз, когда скорая помощь увезла Милану в больницу, а полиция требовала дать показания против мужа, Милана решилась на развод. Собирая дома вещи мужа, она обнаружила много тайников со спиртным, но самое худшее и неожиданное, спрятанные в каждом уголке квартиры пакетики с марихуаной. Тогда-то она и поняла причину его менявшегося настроения, то едем гулять, то не едем, то уставится в никуда и молчит, то смеется непонятно чему. Ей стало страшно, когда она поняла, что могло угрожать ей и ребенку. На счет развода мужа не возражал, от алиментов не отказался, но видеться с ребенком не захотел.

Милана очень любит своего сына, ни в чем ему не отказывает, часто покупает новые игрушки, возит на занятия по музыке, в бассейн, в развивающий центр по подготовке к школе, в обычный детский садик. Стасик тоже очень любит свою маму, потому что больше любить ему некого. Любого, повстречавшегося на улице дядю, он тут же называет папой, и на Миланины объяснения никак не реагирует. У него есть бабушка с дедушкой, но в их семье не принято приглашать к себе дочь, однажды вышедшую замуж, и уж тем более заниматься чужим ребенком. Такие, формальные дедушка с бабушкой и остальные родственники, для которых Стасик с мамой просто чужие люди.

Милана вполне была довольна своим ребенком, хвасталась подругам, как много времени ему уделяет, как он к ней сильно привязан и как все в их маленькой семье замечательно. А потом поменялся педагог в развивающем центре и рекомендовал Милане отвести Стасика к невропатологу, логопеду и психологу. Милана распахнула изумленные глаза. Педагог объяснила, что у ребенка явное нарушение эмоционально-волевой сферы, неспособность сосредоточиться и неумение концентрировать внимание. Все необходимые обследования Милана прошла, никаких диагнозов в поликлинике она не получила, только общие рекомендации по режиму, питанию и приему витаминов. Самое интересное случилось в кабинете психолога. Стасик с удовольствием принялся играть в кубики, выкрикивая по два-три слова: «Дом! Поезд! Лев – р-р-р! Буду нам-ням!» Будто не пятилетний будущий школьник, а двухлетний малыш. Активный, физически развитый и чрезвычайно милый. Каждые три минуты он подбегал к своей маме, нежно обнимал ее, целовал ей руки, взбирался на колени, восхищенно цокал языком: «Мама красивая! Люблю маму. Моя мама!» А потом стал рассказывать психологу: «Мама глаза! Красные! Доктор! Скорая помощь! Полиция». Психолог попросила Милану, больше ни при каких обстоятельства никому не рассказывать при впечатлительном ребенке о проблемах с ее бывшим мужем. Очевидно вроде, но не всем иногда понятно. Милана рассказала о своем сыне, его привычках. Оказалось, что пятилетний мальчик не умеет самостоятельно одеваться и обуваться, жестом показывает на некоторые вещи, например, ложку для обуви, а мама улавливает смысл и подает ему необходимое. При этом он знает, что надо мыть руки перед едой, по утрам умываться и чистить зубы, как себя вести в обществе, как пользоваться различными предметами быта. То есть фактически ребенок социально адаптирован, но болезненная привязанность матери к сыну не дает ему навыков развития самостоятельности. Он не ощущает себя нормально и целостно в отсутствие матери. Милана же с гордостью говорит, какой он ласковый и нежный. Психолог указала на то, что об этом и говорить специально не требуется, все действия Стасика направлены на проявления чувств к матери, постоянный поиск одобрения в ее глазах и доказательств любви в ответных объятиях и поцелуях. Выяснилось, что и спят они в одной постели. Разве у пятилетнего мальчика нет своей кровати? Нет. А зачем, нам так хорошо вместе, мы спим в обнимку и вместе просыпаемся по утрам.

Потребность в родительской любви взрослой женщины, которую она недополучила от своих родных, проецируется на ее сына. Недостаток понимания и поддержки Милана нашла в безусловном принятии себя собственным ребенком. Теперь же, когда ей наглядно показали, что она делает со своим здоровым малышом, ей предстоит большая работа, чтобы Стасик смог догнать в развитии сверстников. И хорошо, что это произошло сейчас, когда еще возможно без особых потерь компенсировать недостатки воспитания. Если бы Милане открыли глаза на происходящее позже, к примеру, в школе, то Стасика ждал бы прямой путь к неврозам, отставанию, психозам и так далее. Очень важно не переусердствовать с любовью. Даже к своим собственным детям. Особенно к своим собственным детям. Они же не всегда будут детьми, когда-нибудь эти дети вырастут во взрослых, но не вполне повзрослевших людей.