Не в красоте счастье?

"С лица воды не пить", "не родись красивой, а родись счастливой"... Все мы знаем эти поговорки. Только не цитируйте их моей подруге Вере, иначе рискуете получить по лицу...

Далеко не каждая из нас может похвастаться идеальной внешностью. Например, я всю жизнь страдаю из-за жирной и бледной кожи, кого-то не устраивает разрез глаз, кого-то — чересчур пышные брови. Но давайте говорить начистоту: все это мелочи, которые в наше время легко устраняются благодаря грамотному макияжу, услугам косметологов или, в крайнем случае, пластических хирургов. И глаза можно сделать выразительней, и контуры лица подправить, и губы увеличить. Другое дело, когда природа изуродовала тебя так, что даже никакая пластика не спасет. Как в случае с Верой.

Господь наградил ее красивым телом, густыми блестящими волосами и чудесным характером, а вот лицо... тут он, мягко говоря, сплоховал. Проблема Веры — глаза и нос. Причем нос у нее не длинный, как у Буратино, и не широкий, как лепешка. Все пропорции вроде правильные, только он больше обычного в два-три раза. Если хотите это себе представить, подойдите к зеркалу, мысленно оторвите свой нос, увеличьте в три раза и приставьте обратно. Неприятное зрелище, особенно в профиль, и особенно когда впервые видишь Веру. Теперь добавьте к этому глаза, максимально сдвинутые к носу. Глаза как глаза, обычной формы и размера, только не на своем месте. Представили? А теперь подумайте, как с такой внешностью жить молодой девчонке.

Я познакомилась с Верой в лагере. Будучи добрым по натуре человеком, склонным всех жалеть, я моментально прониклась этим чувством к страшненькой девочке из нашего отряда. А когда узнала ее ближе, то удивилась тому, сколько у нас общего. Мы любили одни книги, слушали одну музыку, даже куклы у нас носили одинаковые имена. Понимая, как нелегко Вере сносить насмешки, я была полна решимости защищать ее от всех и вся, но моя помощь не понадобилась, потому, как подружка давно умела постоять за себя, раздавая тумаки налево и направо. Только так и можно было выжить среди жестоких сверстников. Я даже завидовала ее характеру, ведь другая ушла бы в затворничество и не высовывала из дома нос, но Вера решила, что раз ей с внешностью не повезло, то нельзя из-за этого лишать себя прочих радостей. Поэтому она ходила в школу с высоко поднятой головой, гуляла во дворе, ездила в лагерь. В общем, мы очень сильно сдружились с Верой, а когда выяснилось, что еще и живем в одном районе, то на долгие годы стали неразлучными.

Сейчас ей тридцать, она работает кассиром в супермаркете, занимается тэквондо и любит ездить с автобусными экскурсиями по городам России. Старается не унывать, занимать себя книгами и хорошим кино, но в свою мечту давно не верит. А мечта у Веры простая и обычная, как у всех женщин, — иметь семью.

Надо отдать ей должное, подруга не сразу опустила руки. Верила, что на каждую Фиону найдется свой Шрек, но разуверилась поле того, как над ней жестоко посмеялись.

Друзей у Веры не много, но они есть, и одно время она общалась с компанией двоюродного брата. Ну, как общалась — могла на речку с ними съездить, или пиво в баре попить. Вдруг один из этой компашки, блондин Ярослав, начал проявлять к девушке повышенное внимание.

Приглашал ее прогуляться по вечерам, покормить уток в парке, а потом и вовсе стал вести недвусмысленные разговоры про ее богатый внутренний мир, про красоту души и тому подобное. Вера сначала насторожилась, потому что вокруг Ярика всегда ошивались симпатичные девчонки и ему не имело смысла обращать внимание на страхолюдину, но рассудок быстро затянулся пеленой надежды, жажда любви и ласки взяла свое. Видели бы вы, какая нереально счастливая прибежала она ко мне после их первой и единственной ночи. Вера напомнила мне гадкого утенка в тот момент, когда он осознал, что является лебедем.

Мы проговорили до позднего вечера, и все это время подруга не могла прийти в себя от счастья. Она поверила в то, что в нее можно влюбиться и что сделал это не какой-нибудь инвалид, отчаявшийся создать семью, а обычный и очень даже симпатичный парень.

Вера говорила без умолку, она мечтала, строила планы на будущее и зашла в них так далеко, что даже начала обдумывать фасон свадебного платья. — Кстати, о платье. Ты не могла бы одолжить мне немного денег до зарплаты? Я хочу завтра купить какой-нибудь сарафан, а то все джинсы да футболки. Мы договорились с Яриком сходить в кафе.

А я сидела как в тумане, не зная, что сказать. В другой ситуации я бы со всей искренностью порадовалась за подругу, но я пару раз пересекалась с Яриком и знала его пусть не очень хорошо, но достаточно и не могла поверить в то, что он способен полюбить человека лишь за его внутренний мир. Нет, это типичный самец, для которого внешность самки имеет значение.

Но у меня не хватило духу сказать об этом Вере. Вдруг я ошибаюсь? Даже если нет, я не могла, вот так сразу обломать ей крылья. Пусть лучше она сама упадет на землю, чем я столкну ее своей рукой.

Я думала, Ярослав поиграет с ней недельку, от силы две, но его карты раскрылись намного быстрее. Он пропал из виду на следующий день, когда они якобы собирались с Верой в кафе. Подруга сбилась с ног, она не могла найти его ни дома, ни у друзей. Испугавшись, что с парнем что-то случилось, она обошла всех его знакомых, но те либо предательски молчали, говоря, что не знают, где Ярик, либо, же с ухмылкой выдавали разные дурацкие версии. Одни говорили, что он на даче, другие утверждали, что друг уехал к бабушке в деревню, а кто-то и вовсе отправил его в Москву на заработки.

У Веры голова шла кругом, она чувствовала, что здесь что-то не так. Отчаявшись, подруга уговорила меня нагрянуть к его родителям, потому что одной как-то страшно. Там мы и обнаружили живого, невредимого и вполне довольного жизнью Ярика, расхаживающего по дому в трусах, с бутылкой пива в руках.

— Какая же ты настырная, однако, — сморщился он при виде незваной гостьи. — Всех друзей достала и даже сюда добралась. Ну, че те надо?

— Как что? — растерялась бедняжка, не зная, какие подобрать слова. — Мы же в кафе собирались... да и вообще...

Ярослав разразился мерзким смехом.

— Кафе! Ну, ты даешь!

Потом резко замолчал и натянул на наглую морду гримасу утомленного мачо.

— Не хотел я тебя обижать, думал, отсижусь у предков, ты и успокоишься, — процедил он сквозь зубы. — Но раз ты такая настырная до правды, то слушай правду: поспорил я на тебя на ящик водки. Вера побелела и еле удержалась на ногах.

— В смысле — поспорил? С кем?

— С Женькой Черным. Тот сказал: «А слабо тебе переспать с уродиной? Ящик водки ставлю». Я и поспорил. Как видишь, не слабо.

Даже у меня похолодели конечности от услышанного, от циничного издевательского тона, каким это было сказано. Можете представить, что творилось в душе у Веры? Хорошо, что я пошла с ней, иначе она умерла бы на месте от боли, разочарования и стыда. Или разорвала бы Ярика в клочья, используя свои навыки, усиленные гневом.

После той истории подруга резко изменилась. Нет, она не замкнулась в себе, продолжала по-прежнему выходить в свет, в кино и ездить на экскурсии, но мечты у Веры больше не было. Она отказалась от нее, понимая, что лишь тратит время и тешит себя напрасными надеждами. Ее никто никогда не полюбит, с ней даже переспать можно только ради ящика водки, что уж тут и говорить о любви.

А раз так, то к чему носить платья, серьги, красить губы и укладывать волосы? Вера в клочья разорвала новенький сарафан, выкинула косметику и на следующий день сделала короткую стрижку.

— Буду жить так, как мне удобно, — решила она, влезая в привычные джинсы и растянутую футболку.

— Конечно, лишь бы тебе было хорошо, — согласилась я, а сама подумала, что в таком обличье шансы обрести семью сократились еще в несколько раз. Недавно, отмечая ее тридцатилетие, мы снова вернулись к разговору о семье и ребенке. Я попыталась корректно спросить, не задумывалась ли она о том, чтобы родить для себя.

— Бог с ними, с этими мужиками, зато ребеночек будет любить тебя больше всех на свете. Это же радость на всю жизнь!

— А если родится девочка с такой же внешностью? — усмехнулась подруга. — И будут две поломанные судьбы вместо одной.

— Ну почему же, ребенок обязательно унаследует что-то от отца, главное — выбрать посимпатичнее.

Вера посмотрела на меня так, словно я издеваюсь.

— И за сколько этот симпатичный со мной ляжет? Два ящика водки? Три?

Но я видела, что, несмотря на подобные разговоры, подруга мечтает о семье.

Мне ужасно хотелось ей помочь, но я не знала как. Предлагала даже попытать счастья в интернете, на сайте знакомств.

— Выложи сначала левую фотку, если человек влюбится в твой характер, ему станет наплевать на внешность, — убеждала я подругу, пытаясь одновременно поверить в это сама.

— Угу, — с насмешкой кивнула та, — сейчас я тебе кое-что покажу.

Вера открыла ноутбук на своей страничке в соцсетях. Она давно там зарегистрирована, правда, выкладывает только фото из своих путешествий.

— Смотри, — ткнула она пальцем в монитор, — это переписка с одним парнем. Мы общаемся около месяца, он случайно мне написал, увидев фотки, потому что тоже любит путешествовать.

Я пробежала глазами длинную переписку. Сначала она носила дружественный характер, но потом в сообщениях парня я уловила интерес к Вере не только как другу. В итоге он захотел увидеть ее и попросил прислать фотографию.

— Я не стала морочить парню голову и отнимать его время, — призналась Вера. — Знаю, чем все закончится, поэтому рубанула с плеча и отправила настоящее фото. Теперь читай его ответ. Там была куча смеющихся смайликов и после них одна фраза: «Хорош прикалываться, я просил твое настоящее фото».

— Вот так, — и подруга грустно пожала плечами.

Никогда не пойму, почему все так несправедливо. Я знаю кучу пустышек с голливудской внешностью, которые ничего из себя не представляют, зато мордашки — хоть для журнала снимай. И мужей отхватывают богатых, и любовников меняют. Ванильные дуры и только! А Вера — такая умница, добрая, отважная, великодушная, но несчастная из-за внешности, из-за носа! И куда только Бог смотрел, раздавая красоту? Если бы я могла поделиться с ней своей привлекательностью, я бы, не раздумывая, отщипнула кусочек...