В защиту Анфисы из фильма «Девчата»

10 October 2019

Как-то принято считать повариху Тосю из фильма «Девчата»— положительной героиней а телефонистку Анфису — отрицательной. Мол, первая живая и светлая, этакий огонёк, а вторая — коварная и распутная, глупо себя растратившая красотка. Антиподы и два мира, которым суждено было соприкоснуться в сложном конфликте. А столкновение действительно весьма острое, если вдуматься. Хорошо! Теперь представьте себе, что вы проживаете не в отдельной квартире со всеми унитазами да интернетами, а в таёжном общежитии. Мысленно сконструируйте прибытие Тоси (а если вы — мужского пола, то парня такого же формата) в вашу комнату.

Этим девушкам — некоторым из которых уже не 18 и даже не 20 — некогда ждать восторгов страсти — они хотят именно «свой дом»... Или хотя бы видимость такого дома...
Этим девушкам — некоторым из которых уже не 18 и даже не 20 — некогда ждать восторгов страсти — они хотят именно «свой дом»... Или хотя бы видимость такого дома...

Вы заходите в помещение, где вам и так невозможно уединиться ни на секунду, и видите нечто, пожирающее ваше варенье. Да ладно — варенье. Вы бы и сами были бы готовы угостить новенькую. Но она активно рылась по вашим полкам, и без того — скудным. Вы дорожите этим скромненьким парфюмом и салфеточками. Ага. Если посмотреть внимательно, обитательницы комнаты всеми способами пытаются создавать уют и хотя бы видимость родного дома. Тот факт, что свой угол для них идея-фикс — понятен, если вспомнить выбор другой девушки — той, что соглашается на брак к немолодым кавалером (по книге Катя отказывает Ксан-Ксанычу и говорит, что будет ждать любовь, но мы сейчас о фильме).

И тут является мадемуазель Кислицына с её специфическим понимаем дилеммы «свой / чужой».
И тут является мадемуазель Кислицына с её специфическим понимаем дилеммы «свой / чужой».

Этим девушкам — некоторым из которых уже не 18 и даже не 20 — некогда ждать восторгов страсти — они хотят именно «свой дом». Нормальное — человеческое! - желание всех времён и народов. И тут является мадемуазель Кислицына с её специфическим пониманием деления на «свой / чужой». Фонтанирует и зажигает! Остальные соседушки относятся к девчонке снисходительно и по-доброму, как этакие мамки или старшие сёстры. Это их право. Анфиса же чётко ставит границы — это вообще свойство хомо-сапинса (да и любого животного, кстати) — иметь границы бытия. Не пускать в свой мир (биологически - ареал) посторонних. Ну вот не надо нам!

 Интересно, что красивая и модная Анфиса не критикует ничью наружность — она даже учит нового начальника правильно носить шляпу.
Интересно, что красивая и модная Анфиса не критикует ничью наружность — она даже учит нового начальника правильно носить шляпу.

Да это ещё полбеды. Милейшая Тося постоянно извергает хамскую дурь — вроде того, что «...был тут какой-то облезлый». Про Ксан Ксаныча. Интересно, что красивая и модная Анфиса не критикует ничью наружность — она даже учит нового начальника правильно носить шляпу. Она уверена в себе. Тогда как нелепая Тося — раздаёт жёсткие оценки. (По меркам 1950-х годов маленькая и худая девочка с косичками — неформат, как и худая-высокая, что мы и видели в сцене клубных танцев). А ещё Тося просто обожает «учить жизни» всех встречных и беспрестанно болтает о жизни.

Анфиса — человек со здоровым чувством собственности и — житейской осмысленности.
Анфиса — человек со здоровым чувством собственности и — житейской осмысленности.

В общем-то, полный набор неприятного человека, даже не понимающего, что — неприятен. Она - именно так привыкла, и никто (кроме Анфисы!) её не одёргивает. Да и вообще, Анфиса должна люто ненавидеть и Тоську, и коварного Илью — вот уж гадский мужик, типа виконта де Вальмона (тот тоже поспорил, что может стать любовником неприступной дамы). По сути, Анфиса — человек со здоровым чувством собственности и — житейской осмысленности, а Тося — невоспитанная дурочка. Хотя, добрая. Но от этой доброты людям — одни проблемы. Лучше уж Анфиса в качестве соседки, чем вот этот «звоночек» и «лучик счастья».

Zina Korzina (c)