Уважать только за факт многодетности?

-Как ты тут одна останешься на целых две недели? - муж смотрел на меня с сочувствием и жалостью, - я маму свою попрошу приходить к тебе, хоть в магазин сможешь сходить, или там погулять выйти.

Не ехать в эту командировку мой Павел не мог. Он один сейчас за всех работает, я в декрете, дочери 2 месяца. Роды у меня были непростые, экстренное кесарево, да еще и до сих пор до конца не оправилась.

-У нас много родни, -говорил мне три года назад тогда еще жених, - не переживай, нам все помогут.

Успокаивать меня пришлось потому, что мы с Палом познакомились в годы учебы, мы из разных городов, а после окончания института и свадьбы я приехала жить в его город. Я плакала, мне было грустно и страшно, в этом городе я никого не знала, вот и успокаивал меня тогда мой жених.

-У меня два брата и сестра, - говорил он, - еще бабушка недалеко живет, будет с кем общаться. Не переживай.

С работой мне действительно помогли. В быту мы сами устроились: сняли квартиру и в ней стали жить. Старшие братья моего Пашки уже взрослые, семейные люди. А с золовкой не сложилось. С самой свадьбы.

Фото из публичного доступа сети Интернет
Фото из публичного доступа сети Интернет

-Мой тост за маму, - сказала Рита на нашей свадьбе, - она нас поднимала одна, вырастила и воспитала четверых детей одна. Не всякая женщина выдержит то, что выдержала моя мамуля.

А свекор вот он, сидит за столом рядышком, только глазки потупил. Как мне рассказали, свекор сейчас стал тише воды, ниже травы, а раньше он и погулять и выпить мог. А теперь на инвалидности, вот и перестал удаль в семье показывать.

Теперь в семье был культ мамы, то есть моей свекрови. Она к нам не лезла, советов давать не стремилась. За нее это от души и щедро делала ее дочь Рита.

-И что? - возмущалась она, - как так она копать картошку с нами не может, ну и что, что беременная. Мама наша четверых родила и воспитала, тоже было трудно.

Пашка свою сестру просто посылал.

-Нас народу полно, - отвечал он сестре, - не справимся что ли? Обязательно ее тащить? Пусть дома отдохнет.

Рита фыркала, а потом высмеивала меня перед новой родней.

-Нашел себе убогую белоручку, токсикоз у нее. Лень у нее раньше на свет народилась, вот наша мама одна нас четверых вырастила и ничего.

Жены старших братьев Пашки помалкивали, спорить с золовкой не хотели. А их мужья тоже всерьез считали, что мама героиня, а все остальные женщины ей и в подметки не годятся.

Вот такая была ситуация. Я оставалась одна. На 5-м этаже, с которого просто спустить коляску и ребенка, чтобы погулять и сходить в магазин, было нереально трудно. Но, зная, какой вой поднимет золовка, я не хотела просить ни ее, ни свекровь.

Месяц назад Рита пришла и увидев, что брат выносит коляску вечером и идет со мной гулять, высмеяла его:

-Ну и что, что пандуса нет, не сахарная у тебя женушка, не развалилась бы.

Рите было 22 года, она жила вместе с мамой и на замужество с ее характером рассчитывать не приходилось.

-Злющая она, - говорила мне Таня, жена старшего деверя, - ее яда на десяток змей хватит. Не слушай. Да и со свекровью там не все так радужно было, как Ритка говорит.

Я тогда не стала заострять на этих словах внимание, с Риткой старалась реже общаться, а с женами Пашкиных братьев мы не часто виделись, они обе жили в поселке, в 20-ти километрах от меня. Потому что жилье и стартовый капитал в жизни все сыновья моей свекрови зарабатывали самостоятельно, не надеясь на помощь родителей.

А на следующий день после того, как муж уехал, раздался звонок в дверь, открываю, а там стоит бабушка Паши по отцу. Я ее видела не часто, свекровь ее недолюбливала, Ритка считала, что бабуля из ума выжила.

-Ну с коляской не помогу, - сказала Тамара Никитична, - а с дитем посижу, если что надо купить - дуй в магазин. А лучше всего, собирай-ка ты вещи, поедем на 2 недели ко мне, а потом и муж вернется.

И я предложение приняла, Пашин брат приехал и перевез меня на 2 недели к бабушке Тамаре. Там и с прогулками было проще - вынесла дочку во двор и уже свежий воздух.

Рита и свекровь в первые дни доставали нас ядовитыми звонками, что, мол, настолько я беспомощная и неприспособленная, что готова хоть к кому на шею сесть, даже к старенькой бабушке.

-За ней самой глаз да глаз, - выговаривала Рита, - а ты не боишься с ней дочку оставлять?

Тамара Никитична взяла телефон и вышла с ним во двор. Долго отсутствовала и вернулась, сказав, что нас больше не побеспокоят.

-Да не слушай ты их, - сказала мне бабуля, - когда мой сынок гулял налево, свекровь твоя гуляла направо. А с тремя старшими внуками я одна и колупалась. В этом самом доме. Годами родители их и не видели. Через каждые два года нового внука приносили и дальше шли. Свекровь-то твоя опомнилась только после Ритки, да и то - сама не знает, кто ее отец. Я ж сама тогда условие поставила ей: никому не скажу, сына обману родного, только пусть пить бросит.

Я сидела, открыв рот от изумления, вот так святая женщина, моя свекровь. А Тамара Никитична продолжала:

-Сыну своему я года четыре в уши дула про Ритку, родившуюся на 2 месяца раньше срока, да как она на него похожа расписывала. Только это наша тайна с тобой, лады? Никто знать о том не должен.

Тайну свекрови я не выдала. Ни она, ни золовка больше нас не доставали. А когда муж мой вернулся из своей командировки, то переезжать я от бабушки Тамары отказалась. Так и живем. Кто в этой семье всех вырастил, мне теперь совершенно ясно.

Честно ли вставать на пьедестал и принимать поклонение, если знаешь, что заслуги твои, мягко говоря, весьма сомнительны?

С Ритой понятно, она помнит маму только с хорошей стороны. А вот свекровь по-моему совсем забыла, кому она обязана и воспитанием своих детей, и целостностью своего брака?

И еще один момент, как "святая" женщина осмелилась родить столько детей от не очень надежного мужа? Или не думала совсем?

Можно ли ли почитать и уважать женщину только за факт ее многодетности, не принимая в расчет иных мотивов, образа жизни и поведения?

Обсуждение в комментариях и в группе.