Про шарпея-блиноеда

14.04.2018

Летом Кирилла отправляли в детский лагерь «Сказка». Собака просила взять ее с собой, но мы на это не решились: все-таки детский лагерь, а она у нас не слишком воспитанная. Напугает еще кого-нибудь из детей или даже из взрослых.

Но шарпеиха не отступала. Она упрямо скакала перед нами на задних лапах, задрав передние, махала ими и кричала свое «Муа-муа», что в переводе с ее шарпейского языка означает «мама» или «папа». Иногда она мурлыкала и мяукала — сказывается то, что она выросла с тремя котами. Папа оказался непреклонен, хотя умоляла не только собака, но и я, и Карина с Алёной просили за нее. Пришлось оставить пёсиху дома и, уезжая, слушать, как она взлаивала и скулила, глядя в окно.

Вечером мы вернулись. Спросила мужа, ел ли он перед тем, как уехать, блины — они на тарелке лежали — оставалось три штуки. Нет, отвечал муж, не ел. Та-а-ак, ни я, ни Алена не ели блинов, Карина тоже. Однако глаза меня не подводили — на тарелке сиротливо свернулся одинокий подсыхающий блинчик с джемом из диких яблочек.

Собака, похоже, обиделась и пару блинов сожрала, но решила не палиться и последний доедать не стала. Как там раньше говорили? «Последнюю сигарету даже менты не забирают»?